>
>
>
«В машине вешают иконки, а на мотоциклы — черепа»: истории брутального красноярского байкера

«В машине вешают иконки, а на мотоциклы — черепа»: истории брутального красноярского байкера

20.07.2022
15
Байкер Сергей Сыромолотов

«Я понял, что нужно „прибиться к стае“»

В первый раз я прокатился на мотоцикле в детстве, и всю юность я колесил на нем — потом уже, когда пошел в армию, решил, что на какой-нибудь «Восход», «Урал» или «Минск» больше не сяду. Все-таки жизнь идет, нужно пересаживаться на машину.

Юный Сергей на мотоцикле

И пересел — всю жизнь я проработал водителем грузовика: в 25 лет влез в долги и купил свой первый грузовик, возил на нем фрукты и овощи в Новосибирск, Якутск и другие города России. Ездил даже в Китай — месяц покатаюсь, вернусь в Красноярск, поживу недельку — и снова уезжаю. Я давно мечтал стать байкером, но сомневался, так ли мне нужен мотоцикл — вдруг я за лето не прокачусь на нем ни разу?

В 2017 году в Иркутской области со мной произошла авария. Другая фура на спуске врезалась в меня, перевернулась, а мой грузовик разбился. 15 дней я прожил практически на дороге — хотел собрать то, что осталось от моей машины — в конце концов забрал ее благодаря друзьям, которые финансово мне помогли. Недостачу, которая случилась из-за аварии, также повесили на меня. А водитель той фуры и виновник ДТП, который обещал помочь, в итоге исчез и заблокировал меня в соцсетях.

Затем мои товарищи дали мне прицеп и возможность поработать в Красноярске. Я снова начал перевозить товары, но уже по городу — на трассу на грузовике выезжать не хотел. Мне понравилось. На следующий год после ДТП я уже купил мотоцикл, отучился на него и получил права — на нем выезжаю за город.

Кадры с места ДТП, в которое попал Сергей на своем грузовике

Сначала катал один, а затем понял, что нужно «прибиться к стае» — то есть найти байкерский клуб, который придется мне по душе. Выяснилось, что в нашем крае клубов много — это и Frozen Souls, и «Дикие Сибиряки», и «Ночные гоблины», и «Кочевники»... Я же вступил в клуб «Железные ангелы», он — один из старейших в Красноярске, а его основателя, Владимира Воробьева, я знаю с 25 лет. Нас снова свела судьба.

«Коля, поехали за кофе... Там всего-то 450 км»

Кто такой настоящий байкер? Кажется, это какой-нибудь путешественник на мотоцикле, человек, который просто сел и поехал, и так он катается месяцами... На что живет — неясно, зато — свободен, голова не болит, поесть имеется, и он едет и едет дальше. Мы же просто любим мотоциклы — пока зима, ждем с нетерпением весну. Подойдешь к своему мотоциклу, запустишь, погазуешь... И шкура у меня аж ходуном ходит! Только потеплеет хотя бы до +8, +10, сразу же садишься — и жадно ешь километры.

Говоришь другу: «Коля, поехали в Канск, кофе попьем?», и вы едете — 450 км туда-обратно. Приехали на место, попили кофе, заправились и отправились обратно. Не важно, дождь или снег, ты едешь, потому что это кайфово. В середине лета, правда, расслабляешься, вдоволь накатавшись, так что в дождь уже не срываешься — пережидаешь, а к осени, «наевшись», остаешься в холода дома.

Обычно мы планируем с клубом поездки на выходные, присоединяются те, кто может. Учим новичков ехать в колонне, выезжаем обычно за город — потому что в Красноярске страшно ездить. Каждый выезд на мотоцикле из гаража сравним с походом на войну, водители машин нас просто не видят — они все в телефонах, не следят за дорогой, СМС-ки пишут. И для нас это очень опасно!

В нашем клубе 11 человек, это обычные ребята — электрики, компьютерные мастера, водители. Вообще, в байкерскую культуру погружены и врачи, и профессора, всех объединяет любовь к мотоциклу. У нас есть правило — мы не разговариваем о политике, это наше табу. Когда проходит какой-нибудь фестиваль, или мы празднуем день рождения мотоклуба — то не говорим на политические темы, хотя можем обсудить все остальное. Другое правило — участие в клубе не должно мешать семье — и если твои домочадцы страдают, то в клуб вступать не стоит.

Моей семье моя клубная жизнь не мешает, супруга и сама со мной везде ездит, если работа позволяет. Она флорист, у нее свои цветочные магазины, занимается своим делом, а я — своим. Ей кататься нравится. Вообще женщин-байкеров тоже много, и у нас в клубе есть девчонка, такая «заводилка» — активная байкерша, недавно ездила на мотоцикле на Алтай — и ей очень понравилось. Вообще, участником клуба можно стать и в 18, и в 20 лет, и в среднем возрасте, есть категория и мотоцикл — пожалуйста. Хотя молодые не сильно тянутся к нам, они не хотят вникать в байкерское движение, в его культуру и правила.

Моя мечта — объехать на мотоцикле всю страну. Проблема только в том, что ехать вдвоем с женой — тяжеловато, нужно везти много лишних вещей, а одного меня, скорее всего, не отпустят. Я бы, наверное, съездил на юг — и покатался бы там. Многие ребята отправляют свой мотоцикл, например, в Крым, садятся на поезд или самолет, на месте его получают, катаются, пока отпуск, и затем транспортируют его обратно в Красноярск. Хотя, конечно, прокатиться самому — лучше, можно увидеть своими глазами всю красоту.

«Если мотоцикл стоит в гараже, он вам не нужен»

Есть некоторые байкерские традиции, они заведены давным-давно. Например, мотосезон должен начинаться в последние выходные апреля. На 9 Мая мы всегда запускаем мотопробег, выезжаем и на День памяти мотоциклиста 18 сентября. Катаемся и на фестивали, и каждый на них ищет свое — кто-то выпивает, кто-то просто веселится. Это неправда, что байкеры много пьют — они выпивают не больше обычного человека, а в нашем клубе есть и те, кто не пьет вообще. Иногда мы собираемся и выпиваем пенного, но без фанатизма. Встречаемся и на днях рождения других мотоклубов, поздравляем друг друга, дарим подарки.

Архивное фото — байкеры на фестивале «Пыль да рок» в 2013 году
Фото: iron_angels24

Свободные парни катают на мотоциклах девушек, во «ВКонтакте» даже есть группа «Мотопара», где люди находят друг друга. А я, как женатый человек, девушке, что попросит меня ее отвезти, откажу. Иногда бываем в детских домах или пионерских лагерях — просто катаем детей, фотографируемся. Дети в восторге, такое у них в глазах счастье! Правда сейчас редко случается, чтобы ребенок, как только ты его аккуратно покатал, сказал тебе спасибо. Другое сейчас воспитание.

А если байкер затеял путешествие, например, из Москвы до Владивостока — он в принципе может проехать всё это расстояние, потратив деньги только на бензин. В каждом городе есть байк-пост, который содержится за счет байкеров, и в Красноярске он тоже имеется. Человек может спокойно приехать, его встретят, накормят, отремонтируют, постирают, и он поедет до следующего города, где его встретит то же самое. Люди таким образом приезжают постоянно, только успевают сменять друг друга.

Главный принцип байкеров — катать больше, ездить почаще. Зачем покупать мотоцикл, если он все время в гараже? За сезон мы накатываем по 10-12 тысяч километров, а то и больше. Для меня мотоцикл — это очень важная часть жизни, он занимает почти всё свободное время. Бывает, только погода разгулялась, садишься на мотоцикл, как вдруг звонит жена и просит о помощи. Я нехотя пересаживаюсь на машину, делаю, что нужно, и сразу на «коня» — ловлю каждую свободную минуту.

«Железный зад» нужно заслужить

Мой волчий клык — тот, что висит у меня на шее, из Забайкальского края. Он достался мне от друзей-охотников, в Чите — много волчих стай. Когда я приехал в Китай, то отдал клык местным, чтобы они оформили мне его в серебро. А почему мы носим черепа и скелеты? Они — своего рода талисман, как в машине вешают иконки, мы — крепим железные черепа. Когда смерть смотрит на нас, то видит, что мы уже отмечены ею, то есть — неинтересны, и мимо проходит. Некоторые байкеры вешают колокольчики под мотоцикл, якобы отгоняя злых духов.

Нашивки, которые у нас имеются на спине, нас «притормаживают» — мы не ведем себя на дороге некрасиво, потому что не хотим, чтобы люди говорили плохо о нашем клубе. Ездим аккуратно, все документы имеются. Если вдруг пробка — я аккуратно проезжаю между рядами машин, а не «прошибаю» насквозь. Мы следим за репутацией.

Нашивку можно получить и на байкерском фестивале. Обычно для приехавших готовят наклейки, футболки и нашивки. По ним можно определить, где был тот или иной байкер. Есть байкерский титул под названием «Железный зад» — байкер, чтобы получить эту нашивку, должен сесть на мотоцикл, проехать за сутки 1600 км, а на каждой заправке он должен сфотографировать чек и пробег в подтверждение того, что он проехал этот километраж. За это высылают такую нашивку. Еще есть титул «Железная печень» — его обладатель должен побывать на 10 фестивалях.

Нашивки «железная печень»
Фото: vk.com/ironliver

Хоть и все мы — братья, ездим на мотоциклах, но тусуемся по разным компания, интересы у нас отличаются. Например, мы ездим на больших мотоциклах, и другие мотоциклисты называют нас «пивными бочками», а мы называем ребят на спортбайках «креветками», потому что они надевают кожаный костюм, садятся на мотоцикл, горбятся, а потом встают с него и идут в такой же позе.

Мне кажется, в жизни нужно иметь три мотоцикла — эндуро, турэндуро и чоппер, чтобы можно было везде летать. На спортбайках ребята тоже ловят кайф, когда между рядами катают. А мы просто едем и наслаждаемся, слушаем музыку. У нас — интересная жизнь, не монотонная.

Недавно произошел забавный случай. Я слушаю в основном рок и кантри, а тут у моей супруги сломалась гарнитура. Она обычно свою музыку слушает, когда мы едем, и я включил ей какую-то попсу, чтобы была записана нон-стопом. Треки менялись, мы ехали по улице Матросова, а я не вникал в тексты песен, которые играют. Вижу, что парень напротив на меня странно смотрит, и понимаю, что играет песня «Мальчик-гей» группы «Тату»! Мне пришлось ее экстренно выключить — потом было очень стыдно — сидит такой дядька, а тут... С тех пор поп-музыку мы не слушаем, лучше пусть играет кантри.

Незабытый грузовик

После ДТП, о котором я уже рассказывал, я долго искал мастера для покраски своего грузовика. Однажды приехали ребята, посмотрели на него — он тогда еще был разбитым, и насчитали мне за покраску кабины вместе с материалами около 200 тысяч рублей. Я тогда подумал, что если весь ремонт мне так дорого обойдется, то как мне эти деньги вообще осилить?

Знакомый подсказал мне, что недалеко от нашего гаража трудится молодой парень, который покупает старенькие машины, красит их и продает. Я пришел к нему, показал фронт работ, объяснил, чего я хочу, и попросил посчитать стоимость его работы. Он назвал цену в 60 тысяч, и эта цифра по сравнению с предыдущей меня немного успокоила. В документах мой грузовик был назван синим, и мы решили, что можно на кабине нарисовать еще какие-нибудь полоски.

Так выглядел «Оптимус» после рокового ДТП

Тот парень брал из интернета фотографии с вариантами покраски, приносил мне и показывал, пока я машину собирал. Однажды принес он мне фотографию с дизайном грузовика под трансформера Оптимуса Прайма, на что я ему и ответил вопросом: «Ты что, с ума сошел?». Он был настойчив, две недели носил только фотографии с Оптимусом — о другом и слышать не хотел. Я подсдался, спросил, точно ли он сможет нарисовать именно так, соблюдая все эти переходы и линии, и он пообещал, что справится.

Купили мы краски, красили грузовик сутки — бумаги и скотча израсходовали уйму. Утром выгнали грузовик с мойки, я взглянул и подумал: «Дааа... вот это мы нарисовали...». Чуть не заплакал, когда представил, сколько опять нужно будет купить краски, чтобы перекрасить наши творения, ведь столько сил было вложено. Потом подумал — ну ладно, мы уже что-то нарисовали, поэтому сейчас поставим бампер, трубы, и станет получше. Когда я в первый раз выехал на моем «Оптимусе» в люди, то понял, что мы сделали хорошую машину.

Люди на улицах мой грузовик до сих пор постоянно фотографируют, снимают видео, когда я еду. Время прошло, но «Оптимус» все равно выглядит привлекательно. У нас получилась необычная машина, единственная такая в России. Я познакомился как-то в интернете с парнем из Сальвадора, и у него — такой же «Оптимус», как и у меня, оказывается. Мы с коллегой по цеху иногда переписываемся с помощью переводчика.

Байкерство в Красноярске процветает, байкеров в городе — много, хотя раньше наш клуб был больше, ребята проводили фестивали и привозили «Агату Кристи», но то была другая жизнь, у людей денег с тех пор стало гораздо меньше. Сейчас, во времена кризиса, мы просто стараемся не ломаться, потому что запчасти подорожали, но и в принципе мотоцикл — это дорогое удовольствие. И если попал в байкеры — так просто к обычной жизни не вернешься.

Анастасия Гнедчик специально для Newslab,
фотографии предоставлены героем материала

Рекомендуем почитать