Директор Красноярской филармонии назвала непрофессионализмом критику звука в зале

Директор Красноярской краевой филармонии Ирина Прокопенко обвинила певицу Ирину Богушевскую в непрофессионализме и неуважении к зрителю, а выступление на сцене Большого концертного зала Прокопенко сравнила с подвигом для артиста.

30 марта Прокопенко прокомментировала ИА KNews резкую критику со стороны Богушевской в адрес акустики БКЗ. Напомним, артистка в своем ЖЖ сравнила ее со звуком в школьном спортзале и назвала позором. Однако, по мнению Прокопенко, проблемы во время выступления у певицы возникли потому, что та пренебрегла проверкой звука перед концертом. «Богушевской не нужно было пренебрегать саундчеком. Тем артистам, которые сюда приезжают, нужно быть до конца профессионалами. Если вы уж выходите на новую сцену, дайте себе труд прорепетировать на ней хотя бы час», — заявила Прокопенко.

В качестве примера профессионального отношения к делу Прокопенко привела пианиста-виртуоза Дениса Мацуева, заодно прокомментировав и слухи о том, что пианист перед выступлением в Красноярске лично вставал к звукорежиссерскому пульту, чтобы хоть как-то прийти к должному звучанию. «Мацуев как раз два часа репетировал. Он не к пульту бегал, за голову хватался, а он вместе с нами выстраивал звук в зале, это как раз показатель того, что человек работает профессионально. В итоге зритель получил что хотел, а артисты на сцене занимаются гражданским подвигом, понимая, что они должны доставить радость в зале. Богушевская пошла по другому пути — она решила устроить скандал и из себя устроить приму. Я считаю, что это нелюбовь к зрителю и неуважение», — сказала директор.

Прокопенко посетовала и на жалобы красноярских слушателей в блогах — «людям заняться нечем», сожалеет директор филармонии. Ее мнение поддержал и столичный эксперт, главный инженер проекта «Технорикс ВБМ» Сергей Михно. «Хотел бы пояснить ситуацию с жалобами артистов — насколько мне известно, качество того, что услышали зрители, было высоким, затруднения возникли у артистов на сцене — и это понятно, в таком сценическом объеме, никак не похожем на сцену филармонического зала, музыкантам работать акустически трудно», — сказал Михно.