>
>
Старый Новый год/ New Year’s Eve

Старый Новый год/ New Year’s Eve

16.01.2012
3

Режиссер — Гарри Маршалл

В ролях: Халли Берри, Джессика Бил, Джон Бон Джови, Эбигайл Бреслин, Крис «Лудакрис» Бриджес, Мэттью Бродерик, София Вергара, Карла Гуджино, Роберт Де Ниро, Джош Дюхамель, Эштон Катчер, Джон Литгоу, Сет Мейерс, Алисса Милано, Лиа Мишель, Сара Джессика Паркер, Мишель Пфайффер, Хилари Суонк, Кэтрин Хейгл, Тиль Швайгер, Зак Эфрон

Продолжительность — 118 мин

Всё когда-нибудь заканчивается, и праздники тоже. «Старый Новый год» — самое лучшее напоминание о том, что новогодние праздники закончились; двухчасовой кусок сплошного праздника, настолько жирный, что прожевать и проглотить его, не поперхнувшись, смогут только самые крепкие пищеварительной системой.

«Старый Новый год» (который, пятиминутка традиционного ворчания, просто «Новый год» — словечко «старый» ему приляпали наши прокатчики, решившие выпустить фильм не к первому, а к тринадцатому числу) устроен по тому же принципу, что и наши «Ёлки» — толпа формально незнакомых, но связанных незримыми нитями судьбы людей переживает демонстративное утверждение праздничных ценностей. Это уже второй праздник, который таким образом обрабатывает творческий тандем режиссера Гарри Маршалла и сценаристки Кэтрин Фугате — пару лет назад они вместе сделали столь же забитый звездами «День Святого Валентина», про который здесь даже есть неловкая шутка на заключительных титрах, неловко стилизованных под реальные смешные эпизоды со съемочной площадки.

Пропагандируемый ими подход вызывает не столько умиление и праздничное расслабление приятных чувств, сколько глухое раздражение и страстное желание отмахаться чем-нибудь тяжелым. «Старый Новый год» — действительно праздничное кино; в том же смысле, в каком праздничными являются дикая толчея на предпраздничных распродажах и обвал смс-ок с одинаковыми рифмованными поздравлениями с незнакомых номеров. Маршалл всегда был большим специалистом по раздуванию сентиментальных безделиц до эпических пропорций, но в последние годы его манера приобрёла неприятную настырность. Он работает, как пианист, который ранее не без изящества выводил неприкрыто сентиментальные мотивчики с непременно жизнеутверждающей кодой, а теперь пересел за орган и принялся бесконечно греметь бетховенским «па-ба-ба-бам!», не заботясь ни об изяществе исполнения, ни о виртуозности — лишь бы уши закладывало.

Сценарий, по которому он проходится такой вот командорской поступью, тоже не отличается любовью к тонкостям. Впрочем, когда за два часа надо успеть проболтать штук пятнадцать разных историй, времени остаётся только на самое главное — наметить завязку, немножко мазнуть развитием и немедленно перейти к торжеству неотвратимого хэппи-энда, полностью занимающего последние примерно полчаса. Большинство из предлагаемых Фугате историй, впрочем, не жалко — например, про соревнование двух семей в роддоме, чей отпрыск появится на свет первым в новом году (за это больница пообещала премию в 25 тысяч долларов), или про умирающего в (другой) больнице Роберта Де Ниро и его медсестру Халли Берри (слишком уж неприятен стоящий за ней циничный расчёт).

Но есть и такие сюжеты, за которыми хотелось бы понаблюдать — например, про 15-летнюю девочку (выросшую в чудесное создание юную звездочку «Маленькой мисс Счастье» Бреслин), которая планирует свой первый поцелуй, или про застрявших под новый год вместе в лифте художника-мизантропа, ненавидящего праздники (Катчер), и бэк-вокалистки (Мишель), опаздывающей на своё первое выступление с суперзвездой. Если бы этим историям дали побольше воздуха, побольше свободы для развития, из них вполне могло бы получиться что-то живое и интересное. Но Маршаллу и Фугате не до этого — им надо скорее бежать к следующей шутке, к следующей звезде, к следующему душещипательному моменту. Абсолютно всё потенциально хорошее и настоящее, что могло бы быть в этом «Старом Новом году», становится жертвой этой вечной спешки.

Вердикт Кочерыжкина — «Ёлки» по-голливудски — с большим размахом и меньшей осмысленностью

Рекомендуем почитать