>
>
>
«Космос — это не только романтика, но и тяжелая работа»

«Космос — это не только романтика, но и тяжелая работа»

14.09.2016
5
Полина Кузнецова выходит из модуля «Луна-2015»
Предоставлено ИМБП РАН. Автор — Олег Волошин

Сегодня на Земле, завтра — в космосе

Экипаж женщин-космонавтов в замкнутом пространстве — как появилась идея подобного эксперимента?

Я, также, как и остальные члены экспериментального экипажа, работаю в Институте медико-биологических проблем (ИМБП) РАН. Космос, точнее безопасность и медико-биологические проблемы космических полетов — основная область научных исследований института. На безе ИМБП РАН уже проводился целый ряд изоляционных экспериментов. Один из самых известных — «Марс-500», эксперимент по имитации пилотируемого полёта на Марс. Шесть добровольцев находились в замкнутом комплексе 520 дней. «Луна-2015» — это инициатива сообщества молодых ученых нашего института. Эксперимент позволил провести ряд исследований и оценить воздействие краткосрочной изоляции на женский экипаж. С другой стороны, он помог молодым ученым перенять уже имеющийся у старших коллег опыт проведения подобных экспериментов. Сам эксперимент проходил на территории ИМБП, на той же базе, где и «Марс-500».

Попасть в экспериментальную команду было трудно?

Для начала было необходимо только желание. Его изъявили десять девушек-добровольцев, из которых в течение полугода было отобрано шесть участниц. Мы прошли нескольких этапов отбора. Первый — медицинский, с нами работали те же врачи, что проводят отбор претендентов в отряд космонавтов для реальных полетов. Сдавали анализы и выполняли тесты для оценки общего состояния здоровья.

Но были и специфические исследования, например, оценка работы вестибулярного аппарата на кресле ускорения Кориолиса — оно крутится вокруг своей оси, а задача испытуемого нагибаться и подниматься с закрытыми глазами. Многим этот тест доставил позитивные эмоции, девушки сравнивали его с каруселью. Я же, если честно, вспоминаю о нем без особого удовольствия.

Второй этап — это психологический отбор. Одна из важных характеристик здесь — умение хорошо взаимодействовать в коллективе. Поэтому среди прочего был проведен социометрический опрос: каждая из претенденток отвечала, с кем из девушек она хотела бы участвовать в эксперименте — по условиям проекта попасть в «Луну-2015» могли только шесть из десяти претенденток.

Насколько ваш и другие подобные эксперименты приближены к реальности? Наверняка, есть понимание условности происходящего — того, что вы не в открытом космосе, а на Земле.

Такое понимание, безусловно, есть. Изоляционный эксперимент моделирует лишь часть условий космического полета, но мы можем изучить и почувствовать влияние именно этих условий. К ним, к примеру, относятся изоляция от привычного окружения, общение только со своим экипажем, руководителями проекта и учеными, отсутствие прямой связи с внешним миром, ограничения комфорта и пространства и т.д.

Условия жизни и деятельности были максимально приближены к условиям полета. Кроме того, некоторые методики помогали создать иллюзию полета. Например, мы в очках виртуальной реальности управляли луноходом — очень необычные ощущения.

От лунной походки до реанимации манекена

Расскажите, как строился ваш день?

Определенный распорядок дня есть во время любого космического полета и изоляционного эксперимента. Исследования, обеды, ужины, любая другая активность — всё это регулируется по времени. Для одних задач график плавающий, другие нужно выполнять строго по расписанию.

Полина Кузнецова рассказывает об эксперименте «Луна-2015» на фестивале «Нулевое сентября» в Красноярске

Утром и вечером — обязательный медконтроль. Измеряли пульс, давление, температуру тела, вес. Сдавали анализы — кровь, слюну. Вечером — стресс-контроль, это новая методика, которая сейчас находится в разработке в нашем институте. В ее основе — анализ вариабельности сердечного ритма. Этот показатель отражает, насколько истощены ресурсы организма. В нормальной ситуации наше сердце бьётся с немного разными интервалами. Если же сердце бьётся как метроном — с абсолютно ровными интервалами — это показатель того, что организм истощен.

Одна из важных задач нашего эксперимента — изучение того, как работает внимание, мышление. Известно, что длительная монотонная работа и неизменная среда ослабляют нервную систему, что может приводить к замедлению реакций и ошибкам. Человек с большей долей вероятности пропускает какие-то сигналы от аппаратуры. В условиях реального космического полета это может закончиться плачевно.

А были ли какие-то тесты, имитирующие работу в космосе?

Большая часть исследовательской программы состояла из тестов, которые выполняют в настоящее время российские космонавты на МКС. То есть, часть времени мы буквально делали ту же самую работу, только в более простых условиях. Например, эксперимент «Пилот-Т», в котором с помощью специальных ручек управления мы должны были провести виртуальную стыковку двух модулей на орбите Земли. Он применяется для оценки надежности профессиональной деятельности космонавтов. Опять же, было и управление луноходом в очках виртуальной реальности.

Выполняли эксперимент для изучения работы мышц при разных уровнях гравитации — «Вывеска». На человека надевается специальная жилетка, позволяющая снять часть веса тела при ходьбе и беге на беговой дорожке. Сначала вы просто ходите, а потом прибор подкручивается, отчасти «обезвешивая» вас, поэтому делая шаг, вы немного подпрыгиваете. В это время датчики на мышцах ног фиксировали изменения в их работе, а на камеру записывалось, как меняется походка. Мы ходили и бегали в режиме земной, лунной и марсианской гравитации.

В модельных экспериментах мы можем проводить исследования не только с помощью тех методов, которые уже применяются во время полетов в космос, но и отработать методики, которые только собираются поставить на борт. Например, протестировать стоматологический прибор или аппарат УЗИ, пользоваться которыми человек может без посторонней помощи. Важно протестировать их отдельно от ученых, разработавших эти проборы, когда нет подсказок со стороны. Изоляционные эксперименты подходят для этого наилучшим образом — позволяют проверить прибор, составить идеальную инструкцию, которой будет удобно пользоваться во время полета.

Если говорить о форс-мажорах, они случались за эти девять дней или все прошло без накладок?

Да, внештатные ситуации были. Во время реального космического полета они случаются сами собой, в изоляционных экспериментах их придумывают организаторы. Естественно, они не предупреждают членов экипажа, иначе ситуация перестанет быть внештатной. У нас таких ситуаций было две. Первая — диспетчеры сообщили нам по громкой связи, что один из членов экипажа находится без сознания в спортивном модуле. Нам предстояло реанимировать манекен, с чем мы успешно справились.

Оказание первой помощи во время эксперимента.
Предоставлено ИМБП РАН. Автор — Олег Волошин.

Вторая ситуация — за день до завершения эксперимента нам сообщили, что корабль не может приземлиться из-за урагана и полет продлится еще на сутки. Поэтому эксперимент длился девять дней вместо восьми запланированных.

Что делали в свободное время, если оно вообще было?

Немного свободного времени у нас было — читали, писали. Даша, одна из участниц эксперимента, вела онлайн-журнал. У командира экипажа был день рождения, отметили его. Вечерами собирались за настольными играми, что сплачивало экипаж еще больше.

Кого не берут в космонавты

Почему вам лично было интересно участвовать в эксперименте?

По образованию я психолог, сфера моих профессиональных интересов связанна с изоляционными экспериментами и изучением поведения людей во время пребывания в замкнутом пространстве. Во время учебы я читала и слушала лекции про психическую астенизацию, про взаимодействие экипажа, про изоляцию. Но книги не дают ощущения, переживания этого состояния. Наверное, именно за этим, субъективным опытом я, в первую очередь, и отправилась.

Удалось получить то самое понимание, что такое изоляция и как она влияет на человека?

Да, поняла, что такое астенизация — раздражительность, неспокойность, появляющаяся как будто из ничего. Казалось бы, изоляция и замкнутое пространство, что в этом такого? Непонятно, как именно и через что это воздействует на твое психологическое и физическое состояние. В какой-то момент ты становишься более раздражительной, чем обычно. Интересно было прочувствовать это самой и понять, как с этим справляться.

Что было самым интересным и трудным с профессиональной точки зрения?

Иногда трудно было совместить роль психолога-исследователя и члена экипажа — роль «стороннего наблюдателя» и члена группы. Интересное — понять, что такое изоляция и насколько по-разному люди реагируют на внештатную ситуацию. Одним проще уединиться и так успокоиться, а кому-то наоборот — хочется обсудить произошедшее.

А какие-то лично-бытовые трудности были? Тяжело жилось без душа или шоколадки?

Душа у нас, действительно, не было, но были влажные салфетки. Они, правда, не очень хорошо оттирали следы от электродов. Шоколадка у нас тоже была запасена. Свежих овощей и фруктов хватило на весь эксперимент. В остальном — мы знали на что шли и были к этому готовы. Мотивация превышала все неизбежные ограничения, поэтому они оценивались как не очень значимые.

После эксперимента готовы отправиться в настоящий полет в космос?

Материалы по теме
Фотоистория: Как Красноярск на полвека обогнал Голливуд
Ученые из Красноярска на себе поставили эксперимент из блокбастера

Идея очень интересная и заманчивая, но есть два момента. Во-первых, участие в эксперименте показало, что мне есть куда расти в развитии стрессоустойчивости. Второй момент — лекции по космической биологии и медицине заставляют без романтизма смотреть на полет человека в космос.

Когда тебе рассказывают, что происходит с организмом, при каком давлении закипает кровь и когда это может случиться с человеком, становится понятно, что космос — это очень тяжелая и опасная работа. Очень интересная и очень красивая — когда в инстаграме космонавты выкладывают восхитительные фотографии Земли, я завидую белой завистью. Но то, чем я могу заниматься на Земле — не менее захватывающе.

Не могу не спросить, почему в космос летает так мало женщин?

Надеюсь, что проблема только в том, что женщины не слишком стремятся летать, а не в гендерных предрассудках. Серьезные попытки попасть в отряд космонавтов предпринимают не так много женщин. Хотя знаю нескольких девушек, которые мечтают о космическом полете. И есть множество свидетельств тому, что женщины могут быть успешны в этом деле.

Наталья Мороз, интернет-газета Newslab.ru

Рекомендуем почитать