Newslab.ru Íîâîñòè Àôèøà ÒÂ Ðàáîòà Ôîòî Òåððèòîðèÿ Ñïðàâêà

Ïðè ïîääåðæêå àïïàðàòîâ ïîëíîìî÷íûõ ïðåäñòàâèòåëåé ïðåçèäåíòà Ðîññèéñêîé ôåäåðàöèè â Öåíòðàëüíîì è Ñèáèðñêîì Ôåäåðàëüíîì îêðóãàõ

Âñåðîññèéñêàÿ àíòèíàðêîòè÷åñêàÿ ïðîãðàììà «Ïîåçä â áóäóùåå»

ÍÀÐÊÎÁÅÇÍÀÑ

Ìîñêâà — Áåëãîðîä — Áðàòñê — Òàéøåò — Çèìà — Óñîëüå Ñèáèðñêîå — Èðêóòñê — Êðàñíîÿðñê

Сделает ли «Поезд в будущее» будущее настоящим?!

Многие коллеги по антинаркотической работе в кулуарных разговорах отмечали и продолжают отмечать, что акция «Поезд в будущее» это пустое разбазаривание средств Федеральной Целевой Программы, эффект от которого посчитать практически не возможно, а потому этого эффекта как бы и нет. Мало того, возможно я вас удивлю еще больше, но сам я, участник последнего «Поезда…», тоже считаю, что он не эффективен. Правда, не эффективным его делают чиновники всех мастей и рангов, которые превращают проекты вроде «Поезда…» в пустой выхлоп. Примеров этому не мало.

Что такое «Поезд…» по своей сути? Это объединение в конгломерат разных проектов, которые, попадая в акцию, либо выживают и остаются в проекте дальше, либо исчезают и тем самым доказывают свою нежизнеспособность, по крайней мере, в этом формате. Что это за проекты, можно увидеть в Программе «Поезда в будущее» 2008 года. Часть из них путешествует с «Поездом…» все пять лет его существования, некоторые присоединились только в этом году. Зададимся же вопросом: «Много ли из этих проектов вышли за пределы „Поезда…“ и оказались востребованными исполнителями антинаркотической политики нашего государства». Вряд ли мы получим много положительных ответов, а вот отрицательных сколько угодно.

К их числу, например, относится такой замечательный проект как театр «Куклы и люди». Созданный энтузиастом и замечательной женщиной Ольгой Германовной Кирилловой, он представляет собой программу первичной профилактики наркозависимости для детей 6—10-летнего, что уже само по себе является уникальным и дефицитным продуктом. Не секрет, что самые большие трудности для реализации вызывают профилактические программы, направленные на возрастную группу, которая, как мы предполагаем, о наркотиках еще ничего не знает, а потому напрямую к феноменам наркореальности, даже через употребление специальной лексики, обращение разработчиков программы невозможно.

Программа театра «Куклы и люди» сумела, на мой взгляд, эту сложность преодолеть и выдать продукт. Не мы одни высоко оценили эту программу. Проект получил экспертную оценку специалистов Министерств Образования РФ и МО, был рекомендован к использованию в школах, получил высокую оценку специалистов: Ревенко В.И. (гл. нарколога Московской области), Брюна Е.А. (гл. нарколог Москвы), Института Наркологии и ряда других. Программа театра была рекомендована Министерством образования РФ, но, к сожалению, широкого распространения за пределами Московской области, где он собственно и появился, проект не получил. Состоялось несколько встреч с представителями администрации субъектов РФ, но дальше разговоров дело не зашло. Повторимся, проект в потенциале мог бы стать типовым проектом для всех субъектов федерации, как в силу своей уникальности, так м в силу уже имеющегося опыта реализации (250 спектаклей в 20 городах России) и полученным высоким результатам.

Большая часть пассажиров поезда — это сотрудники или пациенты реабилитационных центров, работающих в различных регионах России. Изучению роли в антинаркотической политике и потенциала таких реабилитационных центров мы посвятили целый семинар, который состоялся весной текущего года и назывался «Наркоконфликт и религия. Как усилить сторону «против наркотиков» и ослабить сторону «за наркотики». По результатам его было сформировано Обращение к Председателю Государственного антинаркотического комитета, данное обращение было направлено по адресу. К сожалению, какой-либо внятной реакции на данное обращение мы не получили. «Поезд в будущее» еще раз продемонстрировал проблему, на которую указывалось в обращении, а именно невостребованность энтузиастов, которые готовы при минимуме затрат давать результат. На сегодняшний день эти центры так не заработали на полную мощность, степень их взаимодействия с органами власти крайне недостаточна.

Наконец, следует сказать и о том мероприятия, в котором я принял непосредственное участие — семинар для студентов факультета журналистики Белгородского Государственного Университета по тематике освещения проблемы наркотиков в российских СМИ. Вряд ли для кого-то станет сюрпризом, часто высказываемая точка зрения о «демонической» роли средств массовой информации в последней российской наркоэпидемии.

В мягком варианте эта точка зрения сформулирована в Решении Окружной антинаркотической комиссии Северо-Западного федерального округа от 7 мая 2003 года, где, в частности, отмечается, что СМИ неадекватно, недостаточно и неоднозначно освещают проблему наркотиков. Не разделяя целиком панику вокруг СМИ, я все же должен заметить, что антиобщественная роль СМИ в наркоконфликте как общий тренд явно прослеживается.

Но дело здесь не в мифическом служении большинства журналистов наркомафии, а в отсутствии элементарных знаний о наркотиках, наркопотребителях, наркопреступносности и антинаркотической политики у подавляющего количества представителей современной российской «четвертой власти». Международным центром антинаркотической политики СПбГУ/ECAD не единожды предлагалось начать решать эту проблему. Шесть лет прошло с момента разработки учебного курса «Наркоэпидемия как объект журналистского контроля», но он так и остается невостребованным даже в рамках родившего его Петербургского Университета. В каком то виде, мы попытались реализовать это в рамках проекта «Поезда…». По крайней мере, большое количество информации, которую студентам журналистам, как выясняется, больше не от кого услышать, в формате обучающего семинара удалось донести.

В первую очередь, это касалось элементарных рекомендаций журналисту, пишущему о наркотиках: к кому обращаться за информацией, каковы показатели эффективности власти в борьбе с наркотиками, как освещать сложные вопросы антинаркотической политики (легализация наркотиков, тестирование в школах, ВУЗах, на предприятиях, принудительное лечение и др.). Подробно была рассмотрена роль СМИ на примере удачных антинаркотических политик, где достигнутая эффективность во многом была связана с давлением СМИ на власть и контролем со сторону журналистов соблюдения государством своих обязанностей по защите граждан от наркотиков. Проблема в том, что даже если участники семинара и прониклись сказанным, в общей ситуации со СМИ это не решает ровным счетом ничего. Возможно трем десяткам будущих журналистов, участвовавшим в семинаре пригодятся полученные знания, но тысячи журналистов, которым они недоступны, будут и дальше писать, снимать, записывать и пускать в эфир информацию, так возмущающую и чиновников и общественность. Решить эту проблему по-настоящему можно только внедрением этих знаний в общее тело журналистского образования, к сожалению, такой малозатратный способ решения проблемы власть не заботит.

В заключение хочется поразмышлять о настоящем и будущем поезда. Пять лет для проекта немалый срок. Как и любой проект «Поезд в будущее» рано или поздно закончиться. Все ли мы получили от этого проекта? У меня лично остается сильное чувство неудовлетворенности. «Поезд в будущее» став, по сути, ярмаркой, где антинаркотическая общественность, наконец, получила возможность продемонстрировать то, на что она способна, мало что изменил в реальном отношении власти к людям, готовым выполнять ее задачи. Это типа авиасалона с большим бюджетом, где цель продать самолеты не ставиться. Ладно бы такая невнимательность к идеям более или менее объяснима в случае с такими организациями как ECAD, где доля участия государства крайне мала, но в случае с «Поездом…», с его федеральным финансированием, это просто неприемлемо. Как кажется, это и есть основная проблема, которую необходимо решить до того времени пока проект не упокоился, как и многое до него. Из трех этапов было пройдено два: генерация идей и реализации их в качестве акций «Поезда…». Если удастся достичь внедрения этих идей в реальную антинаркотическую политику регионов, но у противников проекта наверняка поубавиться количество аргументов против.

Артем Сунами, ассистент кафедры конфликтологии,
сотрудник российского офиса ECAD