>
>
>
«Сейчас кончатся деньги и я умру с голоду»: как мечтательная красноярка отправилась покорять Москву

«Сейчас кончатся деньги и я умру с голоду»: как мечтательная красноярка отправилась покорять Москву

03.02.2022
56
Ксения переехала в Москву в конце 2020 года

«Жизнь здесь уже заканчивается»

Я всё время чувствовала, что по жизни нужно двигаться, и просто необходимо куда-то однажды переехать. Я хотела покинуть Красноярск после школы, но тогда я не смогла взять на себя такую ответственность. В последние годы обучения в универе стало ясно, что жизнь здесь уже заканчивается. Как будто бы здесь, в маленьком городе, все пути и взаимоотношения с людьми уже пройдены и узнаны. Я хотела переехать за границу, поучаствовав в волонтерских программах, но из-за случившейся пандемии все дверцы закрылись. Тогда я отправилась работать учителем в одну из красноярских школ.

Я проработала в школе полгода, но почти сразу же поняла, что надо из Красноярска побыстрее уезжать. В Москву на тот момент перебрались многие мои близкие, и к тому же примерно в это время я познакомилась с парнем, который тоже мечтал переехать. Так мы начали встречаться — с идей переехать отсюда.

Ксения глазами учеников

Мы хотели переехать летом, а я должна была доработать учебный год в Красноярске, но мне не хватило сил ждать, и в какую-то из зимних ночей мы сели и решили, что нужно уезжать как можно скорее. Через месяц купили билеты в Москву и отправились в путь. Мне по духу ближе был Санкт-Петербург, но все вокруг говорили, что надо ехать в столицу, потому что Питер — та же провинция, только с красивым центром. И всё же Москва — это не город «всей моей жизни», не то место, о котором я мечтала, просто это лучший город в России, где можно развиваться, строить карьеру и быть «молодым двадцатилетним человеком», потому что там кипит жизнь.

Когда я готовилась к переезду в столицу, то ожидала встречать повсюду интереснейших людей, а выходя на улицу ощущать себя «в истории», ведь именно в Москве жили и умирали такие большие для всей страны люди, они ходили по этим закоулкам.

Казалось, будто я сразу стану частью этого мира, одной из них. Но это оказалось совсем не так.

«Одинокая точечка в огромном мире»

С парнем, который отправился со мной в Москву, мы жили невероятной мечтой о столице, ждали яркой жизни, будто бы вот-вот всё начнется, забурлит, закипит, я найду призвание и крутую работу, а он будет развиваться в своем деле, и мы заживем душа в душу вдвоем... А на самом деле мы прилетели под Новый год, и тут же на нас напала апатия.

Нам стало плохо, и каждому — по-разному: я приехала и поняла, что не могу ничего делать, потому что тоскую по дому и ощущаю себя тут безумно одинокой и брошенной точечкой в огромном мире. Оказалось, что на самом деле ничто меня не связывает ни с одной улицей, ни с одним человеком.

«В Москве все ходят очень быстро. Ты не можешь просто вальяжно идти — тебе нужно попасть в поток метро, добраться до точки „Б“, все трудятся»

У молодого человека случилась своя адаптация, но наши ожидания сломались, и мы не смогли оказать друг другу ту поддержку, которая была нужна. Расстаться зимой — это особенно тяжело, поэтому мы дождались весны и распались. Тогда я остро ощутила состояние страха за свою жизнь — сейчас у меня кончатся деньги, мне нечем будет платить за квартиру, и я умру с голоду.

«Отдельная работа — искать работу»

Думала, приеду, и сразу дело найдется, ведь в Москве каждая вакансия — это клевое место, все мне рады, повсюду — творчество. Оказалось, конечно же, не так — было сложно найти то, что мне подходит. Поиски затянулись, потому что это отдельная работа — искать работу.

Я хотела попробовать себя либо в сфере развлечений, либо в искусстве, либо аккуратно вернуться в педагогику. Пошла в аниматоры, а они получают копейки. Отправляешься на работу, стоишь весь день возле горки, ловя радостных детей, собираешь с ними шарики, а выходишь с квадратными глазами. На уме только: «Как вы здесь все работаете, как выживаете?», — и ушла оттуда. Вообще вся работа, которая мне нравится, оказалась низкооплачиваемой.

Были вакансии в Москве и с хорошей зарплатой, но мне не хотелось работать в тех местах. Можно было бы спокойно трудиться хостес или разгребать бумажки. Однажды я все-таки решила зарабатывать много денег, пришла в офис, там для него выделен целый этаж в высоком здании, как в фильме «Волк с Уолл-стрит». Площадь огромная, куча столов. Вакансия звучала что-то вроде «помощник в организации продажи театральных билетов». В итоге оказалось, что сидят люди, у них — листы с номерами телефонов, они звонят и говорят: «Здравствуйте, у нас сегодня в театре Ленком идет великолепный спектакль... Фаер-шоу, лазеры, салют, фейерверки...». Люди зарабатывают деньги, занимаются серьезными вещами.

«Затем я устроилась работать в музей. Ожидала, что искусство и близость к нему — воодушевляет и питает, но и это оказалась просто работа, замки из песка вновь рассыпались»

Я работала на выставке и была там смотрителем и экскурсоводом. Ты проводишь 9 часов в день с картинами Дали и Пикассо, ходишь и ходишь, и это действует на психику. Звучит так романтично, а в итоге повседневность, устаешь, перенапрягаешься, говоришь одно и то же, но здесь мне повезло с коллективом, и я получала от коллег поддержку, а атмосфера была приятная, потому что работали хорошие люди. Там платили 2 тысячи рублей в смену (9 часов). Я работала по 4 дня в неделю и зарабатывала 35 тысяч рублей. На эти деньги выживать в Москве реально.

Сколько денег нужно зарабатывать в Москве?

Когда я жила на 35 тысяч в месяц, то за 20 тысяч я снимала комнату в квартире, а на 15 000 я жила. Мне хватало на еду — и всё. Откладывать, конечно же, не получалось. Родители помогли мне с психологом, потому что я переживала и чувствовала себя ужасно, и они оплачивали мне врача, но всё остальное было на мне. На развлечения тоже иногда хватало, но ты просто постоянно думаешь о деньгах, еде, это превращается в невроз.

Мне постоянно было страшно, что я буду голодать, хотя этого не случалось никогда, но именно из-за этого страха я переедала. Казалось, что денег не хватает, а ты постоянно себе во всем отказываешь.

«В столице речь другая — многие разговаривают нараспев и громко. Люди больше идут на контакт и общаются, а соседи здороваются друг с другом»

Если у тебя есть свое жилье в Москве, то 40 тысяч молодой девушке хватит, «не помрёшь». Но если ты снимаешь комнату или квартиру, то 70 000 — это как будто минимум, а для комфортной жизни нужно уже тысяч 200, чтобы снимать хорошую квартиру, спокойно жить и откладывать деньги. Но комфорт в Москве — это очень растяжимое понятие, эта ступенька растет вверх постоянно.

«И чтец, и жнец, и на дуде игрец»

«Москва — место, где напитываешься культурой»

Когда я ехала в Москву, мне казалось, что здесь вообще нет москвичей, и когда я начала встречать людей, которые говорили, что они москвичи — у меня не укладывалось в голове, что такие и правда есть, а их много.

В Москве люди более погружены в контекст политической и экономической ситуации, здесь все — умнички, молодцы, отличники. Типичный парень из клуба: «вышка», работает в IT, выставляется, пишет музыку, ведет подкаст. Здесь все работают, учатся, делают вещи российского масштаба. Я сейчас обитаю в комнате, где жил парень, который придумал подкаст, который я обожаю слушать, а его знают тысячи людей. На фоне этих ребят, разумеется, чувствуешь себя последним неудачником — особенно в начале своего пути.

Люди в Москве живут в другой среде, они постоянно находятся в конкуренции, детей с раннего возраста растят как конкурентоспособных единиц, чтобы они добились успеха.

То есть меня воспитывали доброй девочкой, мечтали, чтобы я была хорошим человеком, а деньги и карьера в системе ценностей моих родителей были чем-то последним. А в столице детям кроме моральных ориентиров закладывают набор обязательных качеств, чтобы они были «в рынке». Ты должен уметь многое: быть и чтец, и жнец, и на дуде игрец. Все очень крутые, но считают себя недостаточно крутыми. Сначала это давит, но потом, когда ты находишь дело, которое тебе нравится — становится проще.

В Красноярске границы понятны

Хотела бы я вернуться в Красноярск? Нет. Сначала было тяжело и тоскливо, но я не хотела возвращаться домой, потому что воспринимала это как шаг назад, и хотя я и нуждалась в поддержке близких, но заставила себя остаться на месте. А сейчас я не хочу возвращаться, потому что начинаю прикидывать, где я буду работать, и здесь я не вижу своего пути, места. В Москве смотришь вперед — и горизонт бесконечный, можно идти долго и не дойти до конца, а в Красноярске границы очень понятны.

Сейчас я работаю педагогом, занимаюсь тьюторством (персональное наставничество), и ближайшие года три планирую развиваться в этом направлении. Это работа с детьми в малых группах, частная школа, демократичная среда, комфортная и приятная. В Красноярске с такими местами туго — гораздо меньше вариантов, в Москве же частных школ за сотню, и возможностей движения и выбора больше, да и проще найти людей себе по духу.

«На самом деле переезд — это способ узнать себя получше, потому что ты становишься новеньким и смотришь на себя, постоянно репрезентуя. В Красноярске тебя все знают и уже любят, а тут каждый раз ты — новый человек. Приходится постоянно спрашивать себя — кто я? Это помогает себя обрести, и не важно, в Москве ты или не в Москве»

В столице — концентрация культуры, сюда все уезжают — поэтому и остальные приезжают. Здесь гораздо выше уровень жизни, всё устроено для людей — транспорт и улицы, возникает ощущение, что этот город — для тебя. Но я все-таки очень люблю Красноярск, горы и природу, туристическую жизнь. В Москве много парков и деревьев, но нет этой «дикости» и природности.

Беседовала Анастасия Гнедчик специально для Newslab,
фото из личного архива героини статьи

Рекомендуем почитать