>
>
Фильм «Прометей»: грандиозная, но глупая космическая опера

Фильм «Прометей»: грандиозная, но глупая космическая опера

01.06.2012
113

Тридцать лет спустя маэстро вновь возвращается к жанру, чей современный облик он помог сформировать — примерно так подаётся возвращение Ридли Скотта в фантастику с фильмом «Прометей». Да, два предыдущих захода Скотта на эту территорию, «Чужой» и «Бегущий по лезвию бритвы», остались в народной памяти современными шедеврами жанра — но «Прометею» такая судьба грозит вряд ли.

Режиссер — Ридли Скотт
В ролях: Нуми Рапас, Майкл Фассбендер, Логан Маршалл-Грин, Шарлиз Терон, Айдрис Эльба, Шон Харрис, Рэйф Сполл, Гай Пирс
Продолжительность — 124 мин

Возвращение Скотта в кинематографическую вселенную «Чужого» (в интервью во время запуска фильма мастер долго мутил воду — да, это приквел «Чужого», нет, это не приквел «Чужого», поди разберись) казалось первым за многие годы действительно дельным приложением скоттовских внушительных талантов. За последнее десятилетие всякие «Чужие против хищников» так наиздевались над бедными животными, что действительно уже хотелось, чтобы пришёл, наконец, пресловутый лесник и всех разогнал.

Но «Прометей», несмотря на формальную попытку привязаться к событиям первого «Чужого» (и финальное крохотное камео кого-то остроголового и многоярусно-зубастого) — зверь совсем иной породы.

Там, где «Чужой» был идеальной в своей герметичности клаустрофобичной страшилкой, собранной не в последнюю очередь из зловещей тишины бесконечных тёмных коридоров, «Прометей» — грандиозная космическая опера, сбацанная с таким эпическим размахом, что связность сюжета и осмысленность общего посыла постоянно тонут в сплошном оркестровом шуме.

В жанре большого фантастического фильма за бешеные деньги «Прометей» — и правда самое значительное событие со времён, не знаю, «Аватара». Двухчасовой триумф инопланетного дизайна, не боящийся одновременно задаваться основополагающими философскими вопросами и ударяться в кровавое космическое безумие (сцены, где Нуми Рапас пилотирует автоматическую операционную, и где двуногий инопланетный организм внезапно встречается с головоногим инопланетным организом, стоит занести в специальную книжечку славы), «Прометей» вроде бы обладает всеми повадками по-настоящему большого и важного фильма. Вот только постоянно намекая на это большое и важное, он сначала всё время замирает буквально в одном шажке от него, а потом и вовсе начинает понемногу съезжать в бардачное, хаотичное и глупое.

Насколько в этом виноват лично Скотт — вопрос, конечно, хороший; в конце концов, за «Прометея» вместе с ним отвечают ещё два человека. Один — сочинитель эпохальной кинокартины «Фантом»; другому примерно половина зрителей сериала «Остаться в живых» до сих пор не может простить его финала. Стараниями этих двух деятелей скоттовское возвращение в фантастику происходит по мотивам сценария, в котором мотивации толком не определены, половина персонажей периодически удобно пропадает в неизвестном направлении, двигающий сюжет в разные стороны андроид необъяснимо подкован в особенностях свежеобнаруженных инопланетных технологий, а богоискательский подтекст выражен в звучащих с экрана раз пять за фильм словах «просто надо верить» и в том, что героиня сначала теряет нательный крестик (когда, понятно, теряет веру), а потом возвращает его обратно (когда, соответственно, снова её обретает).

Впрочем, та стоеросовая невозмутимость, с которой Скотт шагает мимо всех этих довольно вопиющих проблем, должна быть знакома любому, кому по каким-либо причинам доводилось проводить по два-два с половиной часа на чем-нибудь вроде «Робина Гуда», «Совокупности лжи» или «Гангстера». Хотелось верить, что «Прометей» вырвет Скотта из этого поздне-карьерного морока, а он сделал ровно наоборот — идеально в него вписался. Скотт, кстати, дальше планирует заняться сиквелом к «Бегущему по лезвию бритвы». Ох.

Вердикт Кочерыжкина — визуально грандиозный, но обидно непродуманный фантастический эпос

Рекомендуем почитать