>
>
>
«Через 10 месяцев в Москве меня накрыла депрессия»: как красноярец не прижился в столице

«Через 10 месяцев в Москве меня накрыла депрессия»: как красноярец не прижился в столице

20.12.2019
63
Алексей со своей женой Марией в Москве

Сначала красил чёлку в фиолетовый, потом устроился слесарем

Я всегда отличался от других — даже был моделью у мастеров-парикмахеров ещё в школе. Мне делали стрижки и причёски на международные конкурсы, в школе ходил с сине-зелёно-фиолетовой чёлкой. В 2007 году не то что парни — девчонки не ходили с такими яркими волосами. Но я не был зажатым и не боялся так выглядеть, живя не в самом благополучном районе. Ходил в клубы, развлекался как мог.

После школы поступил в СФУ на строительный факультет. Тогда я хотел угодить родителям, да и черчение давалось интуитивно, ещё подростком помогал студентам с курсовыми. Проучился всего полгода, начались проблемы с давлением, да и разонравилось, будущая профессия казалась скучной. Будущее было в тумане. Родители сказали: «Твой выбор, но решай сам, сидеть без дела не позволим».

Материалы по теме
«Одни пахали, другие — сачковали»: как красноярская студентка решила заработать 100 тысяч на вахте
Легко ли прокормить бригаду мужиков и раскрасить угольную фабрику?

Я устроился на лесоперерабатывающий завод ЛДК-1 и год проработал там слесарем, платили 8 тысяч в месяц. Это был первый опыт, я понял, как достаются деньги. Потом поехал в Новоангарск к дяде. Трудился там на вахте разнорабочим. Жил в маленьком городе: работа-выходные. До ближайшего населённого пункта 16 км, на территории сухой закон. В общем, не жизнь, а существование. Прошёл ещё год, мне хватило — к такому больше не вернусь.

В 20 лет вернулся обратно к родным в Лесосибирск. Мастер, с которой я участвовал в конкурсе, снова предложила заявиться. Тогда я и решил обучиться на парикмахера.

Думал, что в Красноярске не буду жить ни за какие деньги

В 2010 году приехал в Красноярск, получил корочки парикмахера-универсала третьего разряда (стрижки, окрашивание, химзавивка и всё-всё-всё для женщин и мужчин). Вернулся в родной город и набивал там руку в нескольких салонах.

А потом познакомился с девушкой и рванул вместе с ней в Томск. Любовь закончилась через три месяца, а я снова был готов к любому переезду, но только не в «край» (примечание редакции: так жители Красноярского края называют Красноярск).

«Ни за что и никогда я не буду жить в Красноярске, ни за какие деньги» — думал я до 17 октября 2012 года, пока не перебрался именно туда на ПМЖ.

В первое время жил в Красноярске со старшей сестрой, работал в салоне в ТРК «На Свободном». Постепенно база клиентов стала состоять в основном из мужчин. В 2014 году перешёл в Bad Boys барбершоп. Культура барберинга в то время только формировалась, и это было прям «вау», интересно и нам, и клиентам: «Тут, правда, виски наливают? А стригутся только мужики?».

Первое серьёзное обучение было у Сида Соттунга (известный на весь мир цирюльник из Англии). Он предложил мне стать амбассадором (представителем) зарубежного бренда профессиональной косметики для волос. Но обучаться нужно было в Москве. Моя будущая жена меня поддержала. Ехал ради одного часа. Потратил свою месячную зарплату на тот момент (порядка 30 тысяч) на первое знакомство с Москвой.

Всё закончилось успешно, меня утвердили. Совсем скоро я стал региональным тренером и амбассадором бренда, это давало несколько приятных бонусов — участие в крутых мероприятиях барберинга, бесплатное обучение у мастеров с мировым именем и полный набор косметики для работы раз в полгода.

Поездки в Москву стали регулярными.C 2015-го ежегодно стал принимать участие как организатор на Russian Barber Week. Жил в Красноярске, постоянно обучался, но чувствовал, что в какой-то момент упал в рутину — развивался не на качестве, а на количестве.

При плохом раскладе получал в Красноярске тысяч 70, при хорошем — 120. В январе 2018 года мы с женой купили билеты в Питер, чтобы в августе переехать, но не сложилось. Почти сразу после этого меня позвали московские коллеги преподавать в академии парикмахерского искусства Simushka. И мы погнали в столицу.

Полная занятость, чистый доход (за вычетом платы за съём квартиры) выходил уже стабильно в 110-120 тысяч рублей, всё нормально. Жили в хорошем районе и доме — до работы 15 минут пешком, у третьего кольца, станция метро Бауманская. В шаговой доступности парк. Вокруг все красиво, ухожено, чисто. Вообще, в Москве можно всё лето проходить в белых кроссовках и ни разу их не постирать. Но Москва — это не Россия. Все, кто переезжает туда, сильно меняются. В столице минимизируется понятие дружбы, всё строится на какой-то корысти. Для меня важна искренность, если помогаю — ничего не жду, если мне что-то нужно — прошу открыто.

Общая картина Москвы открылась для меня в метро — толпы людей с каменными лицами, озабоченных заработком денег. А я привык делать то, что мне нравится, не заморачиваясь на финансовой части...

В общем, в мае 2019-го, спустя 10,5 месяцев жизни в столице, начала подкрадываться депрессия. Вернулись в Красноярск в июне, на тот момент у нас уже была маленькая дочь.

Я считаю, что нужно ехать в Москву до 25 лет, в идеале — студентом, когда мировоззрение ещё не сформировалось. После уже сложнее, придётся себя мучить.

Я попробовал — не получилось. Как и всегда в жизни, когда я шёл вопреки своей натуре. Думал, что привыкну, но нет, я так и остался «в гостях». Вроде не уставал, но так много нервничал, что под глазом даже вылез синяк, будто прилетело от кого-то.

В Красноярске стало меньше вонять и появились красивые парки

Сейчас вместе с семьей живём в Красноярске. Хочется думать, что навсегда, но не загадываю.

Холодная зима — не аргумент, чтобы страдать. Морозы длятся две-три недели, перенести их можно спокойно. Я понимаю также, что проблема с «чёрным небом» связана не только с производством и транспортом, но расположением Красноярска «в чаше» гор и высотностью домов. Пока меня здесь не было, в городе стало меньше вонять. Помню, раньше даже в квартире окно нельзя было открыть на несколько минут, не говоря о том, чтобы долго ехать в потоке машин.

В Красноярске моют дороги почему-то только вечером-ночью, а в Москве минимум раз пять за день по одному и тому же участку проезжает моечная машина. В жаркую погоду остужают асфальт брызгами. Но я помню, как в Красноярске было хуже. Заметил, что люди стали меньше мусорить. Раньше я курил, сам мог бросить бычок, где попало, другие так же. Сейчас все знакомые стали сознательнее, некоторые даже носят бычки в кармане, пока не доберутся до урны. Всё из мелочей складывается.

Появляются приятные и эксклюзивные местечки. Например, Бульвар Экзюпери на Южном берегу. Сами мы живём недалеко от парка 400-летия Красноярска. Там много молодых деревьев, но уже через несколько месяцев эти кустики будут пышными и красивыми. Здорово? Да!

Что касается заработка. Чётко понимаю, что через год-полтора здесь я буду получать больше, чем в Москве. Сейчас в команде Bad Boys у меня должность шеф-барбера, то есть главного среди барберов. Преподаю им и продолжаю стричь сам. В ближайшее время планирую запускать свои курсы. Обучать не только персонал в нашей компании, но и сторонних.

Мы все продавцы, кем бы ни работали — торгуем знаниями и услугами. Чтобы продавать себя дороже в «эру эгоистов», нужно постоянно обучаться и развиваться. А когда меня просят объяснить, что такое Красноярск, почему я здесь, говорю кратко: это Питер, с грязным воздухом, никогда не замерзающей рекой, с самой красивой природой и открытыми людьми.

Анастасия Щепетова специально для интернет-газеты Newslab

Где живут бывшие красноярцы

Рекомендуем почитать