>
>
Геннадий Быконя: «Сибиряки исторически стали носителями лучших качеств русского народа»

Геннадий Быконя: «Сибиряки исторически стали носителями лучших качеств русского народа»

01.10.2010
33

История освоения Сибири сегодня интересует ученых всего мира. Не последнюю роль в этом играют особенности народа, населяющего эту землю. Когда-то было модно сравнивать Зауралье с Америкой: бывшая колония, населенная европейцами и экс-рабами, отвоевала независимость, так не пора ли и нам бороться за самостоятельность? Причину того, что история Сибири неразрывно связана с историей Российской империи, известный красноярский ученый, профессор КГПУ Геннадий Быконя видит в нашем менталитете.

«Карымый» народ

Геннадий БыконяОсновные черты национального характера любого этноса унаследованы из животного мира, — рассуждает Геннадий Быконя. — Именно отсюда берется наше стремление обособиться, перекрыть доступ чужаков границами, контрольно-паспортными режимами и визами. Мы исторически не доверяем иностранцам: название каждого этноса первоначально переводится как «люди». Все без исключения народы в древности называли себя людьми, а иноплеменников «нелюдями».

Геннадий Федорович, откуда разговоры о самобытности сибиряков, нашем особом характере и типе внешности?

До революции первая сибирская интеллигенция впервые выдвинула теорию о том, что сибиряки — особый этнос, отдельная народность со своими традициями и отличными от россиян чертами. Понятно, почему появились такие рассуждения: Сибирь всегда являлась не более чем экономической колонией, и отношение к ее жителям было соответствующее. Например, за Уралом долгое время не открывали высших учебных заведений. Когда красноярский купец Сидоров выделил пуд золота на открытие университета, его сочли сумасшедшим. Генерал-губернатор Западной и Восточной Сибири даже велел медикам его обследовать на предмет вменяемости.

На фоне этого появились «областники», утверждавшие, что Сибирь — вторая Америка, которой также следует отделиться. «Самость» сибиряков сильно преувеличили.

Аргументы приводили разные, брали в пример работы этнографа Афанасия Щапова. Щапов в свое время писал любопытные антропологические очерки, утверждал, что у сибиряков даже свой идеал красоты. Провели эксперимент: трем дочкам иркутских купцов показали портреты представителей трех рас: европеоида, негроида и монголоида, а также метисов. Вот кого бы выбрали в мужья вы?

Европеоида, надо полагать...

Значит, вы не коренная сибирячка, или ваши предки живут здесь не столь много поколений (смеется). Потому что все три девушки выбрали метиса европеоида и монголоида. Потому что он «карымый» — красивый, в отличие от русака, который, по их словам, «моганый» — поганый. Такие взгляды легко объяснимы смешанными браками, которые всегда процветали в наших краях.

Именно поэтому сибиряки даже антропологически отличаются от европейских россиян. Местные старожилы кареглазы, смуглы и темноволосы, они пониже ростом и покрепче телосложением. Современные этнографы также отмечают эти особенности, и все же, после долгих исследований, ученые пришли к выводу, что сибиряки — не особая народность, а разновидность великорусского народа. А внешность объясняется большим разбросом народностей, которые в разное время здесь проживали. Представьте себе, даже сегодня в Красноярском крае говорят на 122 различных языках и наречиях! Еще в глубокой древности Енисей был торной дорогой для мигрантов из самых разных уголков света.

Другое дело менталитет сибиряка как стержень национального характера. В этом плане мы всегда отличались от великорусов. Об этом много писали исследователи нашего университета, одна из самых достойных работ у Бориса Андюсева, который провел большую работу и обобщил дореволюционный материал. Сибирский характер — это не только выносливость и неприхотливость, которую так ценили на войне. Сибиряк более рационален, расчетлив, практичен, для него характерны инициативность и самостоятельность.

Дело в том, что за Уралом никогда не было поземельной общины, игравшей огромную роль в жизни российских крестьян. У нас было много земли, результатом чего стало потребительское отношение к природе. Люди не привыкли беречь окружающую среду: низкая плотность населения сыграла свою роль. Долгое время земледелие было экстенсивным, господствовали перелог и подсека, после которых на участке нельзя было сеять по 50-60 лет. Аукается нам это до сих пор. Перед распадом СССР наши плодородные земли были настолько истощены, что восстанавливались только на одну треть: мы жили в кредит у будущих поколений. Поэтому мы до сих пор держимся за ГЭС, из-за которых теряем самые плодородные земли — пойменные. Нам не жалко! Поэтому у нас и захламлены окрестности городов — у людей нет природоохранного навыка.

Геннадий БыконяКроме того, сибиряки были юридически грамотными и политически активными, принимали участие в городском управлении. Любопытный пример этого наблюдал Мессершмитт и отразил в своих записках. Был праздник, на котором пьяный казак ударил воеводу. На суде стороны примирились двенадцатью рублями. Представляете, столько стоит сбить с ног воеводу! В Центральной России повесили бы, не раздумывая!

В Сибири было военно-бюрократическое управление, и очень большую роль в жизни региона играли казаки — государственные служащие. Их психология была проста: если воевода нас обижает, значит, он чинит вред государству. Примерно так же рассуждали крестьяне: мы платим налоги, кормим страну, какое же право начальник имеет поступать с нами не по совести? Не боялись писать жалобы царю, а то и поднимать бунт против самоуправщиков — просто переставали им подчиняться.

Недаром управителей в нашем регионе часто сменяли. Только в Красноярске дважды изгоняли воевод, в 1695 и 1718 годах. И горожане годами правили самостоятельно: избирали коллегию судей, которые решали городские дела, руководили сбором налогов. Енисейцев прозвали «свозниками» — обманщиками, а красноярцев — бунтовщиками и ябедниками. Неслучайно упрямые красноярцы даже друг с другом предпочитали выяснять отношения в суде — могли судиться годами, и некоторые даже разорялись на этом. Знаменитая фраза: «Умен, лукав и расчетлив, как сибиряк» — авторства Екатерины Второй, которая претендовала на знание психологии народа. Она даже написала пьесу о том, как сибиряк, приехав в столицу, дурачил светских дам.

Свободно-несвободные

Если сибиряки были настолько свободны и активны, почему же не сложилась нация?

Понятие «сибирский характер» — не столько научное, сколько бытовое. Оно впервые прозвучало в публицистике времен ВОВ. Русские, пришедшие в Сибирь в конце XVI века, действительно сразу повели себя как лидеры. Они попытались ввести среди коренных народов свои порядки. Но им пришлось столкнуться с суровыми климатическими условиями Зауралья и тяжелейшей работой. Если европейская часть России уже переживала эпоху индустриализации, то здесь приходилось поднимать сельское хозяйство и производство с нуля. К тому же новым и новым притоком европейцев размывалась сложившаяся прослойка лидеров. Что будет, если в бочку с вином, которую поставили бродить, то и дело подливать новые сорта напитка? То же было и в Сибири: люди ехали сюда беспрерывно. Все это смешивалось, перекипало. Сибирь называли «золотым дном» России.

Впервые эту особенность нашей земли отметили ссыльные «народники». Они называли Сибирь социологической лабораторией, в которой одновременно существовали явления из разных исторических периодов: рабство, крепостничество бок о бок с вольными земледельцами на вольной земле. И это при свободолюбии наших людей, которые не боялись доходить до царя со своими просьбами. Взять хотя бы ачинских мещан. Документально зафиксировано, что они дошли до Николая Первого, чтобы добиться своей правды. И государь уступил им.

Тяжелая работа наложила свой отпечаток на наш характер: мы умеем много и упорно трудиться, способны выдерживать максимальные перегрузки.

С другой стороны, у сибирского крестьянина куда шире кругозор, он всегда был грамотнее и сообразительнее деревенского жителя из Центральной России. У нас до сих пор культурный уровень значительно выше. Областной город европейской части страны по нашим меркам — большая деревня.

Наша земля славилась меценатами. Упомянутый уже купец Сидоров был баснословно богат, но все свои деньги по завещанию он оставил Русскому географическому обществу на изучение Севера. Первым организовал экспедицию из Енисейска Северным морским путем в Англию! В Лондон на всемирную выставку Сидоров лично привез образцы всех минералов и горных пород Сибири, активно поощрял развитие науки и культуры в регионе. Зато своим детям он не оставил ни копейки, заявив, что им нужно пробиваться в жизни собственным умом.

А сейчас что в нас осталось от тех, былых, сибиряков?

Геннадий БыконяМногое. Уже потому, что подавляющее большинство жителей Красноярского края остались тружениками. А ведь сельская жизнь закаляет, особенно в наших условиях. Неслучайно в Великую Отечественную войну наш советский тыл обеспечивал фронт всем необходимым и превосходил по мощности тыл Германии и всех ее сателлитов. А кто был тылом? Мы же, сибиряки. Европейцы удивляются, как мы можем терпеть задержки многомесячные заработной платы. А терпеливость у нас в крови.

Хотя большинство этих особенностей — не признак нашей самобытности, а просто ярко выраженные черты русского характера. Изучив историю, я пришел к выводу, что сибиряки — носители лучших качеств русского народа. Неслучайно сегодня в поиске нового национального стержня опираются именно на эти важные для россиянина качества. Правда, куда заведут нас эти поиски, пока непонятно. Нас бросает между идеологией олигархии и традициями интеллигенции и дворянства.

Практическая религиозность

Вы ни словом не обмолвились о том, какую роль в жизни сибиряков играет духовность.

Здесь мы мало чем отличались от всей русской земли. Русский человек всегда был в меру суеверен, в меру религиозен, в меру атеист. Интересно, что и на этой стезе наши люди всегда умели облечь в духовную оболочку решение своих мирских интересов. Приведу в пример простую историю, о которой я узнал, изучая документы. Пономарь Есауловской церкви Коновалов положил глаз на участок в районе села Рыбинское. А земли в том районе были ясачные, их трогать запрещалось. Тогда смышленый церковнослужитель обратился к епископу: бывал я, мол, в тех краях и подвергся смертельной опасности. И дал себе обет — если выживу, поставлю часовню. Так разрешите мне поселиться в тех краях, чтобы содержать ту часовню и чистоте и порядке. Вот так нехитро церковник присвоил земли.

Конечно, было и много подвижников, известны и такие имена, как Василий Мангазейский, Данила Ачинский. Но основная масса людей фанатиками никогда не были, нашу религиозность можно назвать практической. Взять хотя бы отношения местных жителей к каторжникам, которые постоянно потоками шли в Сибирь. И крестьяне, и купцы жалели арестантов, их жены выносили на стоянки этапа угощения. В каждом деревенском дворе на заборе была оборудована полочка, на которой ночью оставляли буханку хлеба и крынку молока — для беглых. Ночью им помогали, а днем нещадно отлавливали и сдавали полицейским за вознаграждение.

Широко прогремела история про сибирских «горбачей», которые летом нанимали работников из беглых и ссыльных. Когда приходилось рассчитываться, хозяин его убивал, забирал всю выручку обратно и искал нового работника. Об этом явлении XVII-XIX веков сохранилось много документов и даже журнальные статьи.

Ходят разные слухи и о некорректном поведении местного духовенства. Мол, гуляли, пропивали казенные деньги...

Скорее всего, эти слухи связаны с историей о строительстве первых каменных храмов в Красноярске. Но тут отличились вовсе не священнослужители, а строители. Для возведения Рождественского собора пригласили енисейского посадского Сокольникова. А он пустил деньги в другое дело, поэтому даже не залил фундамент для здания: просто покрасил известкой землю и начал класть сверху кирпичи. Стоит ли удивляться, что вскоре стены рухнули. Достраивал церковь уже другой человек, в итоге строительство затянулось на 20 лет. В советское время, кстати, храм снесли, а до того на его крыше тренировались парашютисты.

Еще один собор возводили на месте, где теперь стоит краевая администрация. Он рухнул тогда, когда уже начали делать перекрытия на крыше. Неудивительно, что в бытовом сознании эти истории трансформировались в байки о том, как попы пропили казенные деньги.

Вместо краеведения — религия

А как вообще сейчас развивается краеведение в Красноярском крае?

Это больная тема для многих историков. С одной стороны, краеведение растет, набирает обороты. Все больше исследователей-любителей появляется в крае. Краеведы собирают очень ценный, интересный материал, пишут неплохие работы по истории районов — больше 20 районов уже опубликовали книги. Местные музеи активно работают с молодежью, общественное краеведение становится все более профессиональным.

С другой стороны, не хватает материальных ресурсов, чтобы развернуться на весь край. Книги издаются либо за счет авторов, либо благодаря меценатам, либо при поддержке грантовых программ. Как результат — они выходят маленькими тиражами и доходят далеко не до всех школ и библиотек. Я считаю, что необходимо издать серию хрестоматий с документами и подборкой фольклора об истории нашего края, но это большой труд, который пока не готов никто поддержать. Литературу по истории региона найти трудно, а ведь стоило бы переиздавать все книги, которые так или иначе связаны с воспитанием молодого поколения не реже, чем раз в 10 лет.

Другая сторона медали — незаинтересованность школ в развитии краеведения. При Александре Хлопонине активно действовала программа поддержки регионального национального компонента. Теперь эту программу потихоньку спускают на тормозах. В некоторых школах перестали вести краеведение как обязательный предмет. Представляете? Вместо него вводят религиоведение. А все потому, что нет жесткого контроля за тем, как изучается история родного края в образовательных учреждениях. О каком же патриотизме может идти речь?

Мы на кафедре отечественной истории Красноярского государственного педагогического университета несколько лет работаем над трудом «Красноярье. Пять веков истории». Первые издания этого научного пособия по изучению истории региона выпускались исключительно за счет издательства «Платина». Последняя книга вышла очень маленьким тиражом. Просто потому, что она не востребована: школы не покупают, педагоги мало интересуются собранным в ней материалом. А ведь даже в капле воды отражается солнце. И в каждой локальной истории даже самой маленькой деревеньки — история России. И забывать о краеведении просто недопустимо.

Досье «ВК»

Геннадий Быконя, доктор исторических наук, профессор КГПУ

Родился в деревне Малая Камарчага Манского района. После 10-го класса работал школьным лаборантом в кабинете физики. В 1963 году окончил Красноярский государственный педагогический институт. Работал в Абанской школе, затем стал директором вечерней Абанской школы рабочей молодежи. С 1966 года — сотрудник КГПУ. Докторскую диссертацию защитил в 2002 году. Основной круг исследований связан с периодом феодализма: историко-демографические проблемы, народонаселение, география расселения, хозяйственная жизнь и т. д.

Кира Сергеева, «Вечерний Красноярск» № 38 (279)

Рекомендуем почитать