>
>
«Петля времени»: убийца на все времена

«Петля времени»: убийца на все времена

28.09.2012
44

Режиссер — Райан Джонсон

В ролях: Джозеф Гордон-Левитт, Брюс Уиллис, Эмили Блант, Джефф Дэниэльс, Пол Дэйно, Пайпер Перабо, Ноа Сеган

Продолжительность — 118 мин

«А, девственный мозг!» — радовался как-то неважно по какому поводу герой моего любимого фильма «Странные дни». Именно таким мозгом лучше всего впитывать «Петлю времени», поэтому дальше официальное заявление — не читайте, пожалуйста, о фильме вообще ничего до просмотра, в том числе и то, что последует дальше. А вот после — о, после обязательно приходите, устраивайтесь поудобнее, и мы с вами от души поговорим.

«Петля времени» — если не важнейшее, то уж точно любопытнейшее кинематографическое событие сезона (а то и, чего уж там, года). Потому что здесь разыгрывается, пожалуй, один из самых захватывающих смертельных номеров, что только возможен в кинематографе — прямо на наших глазах хорошего и талантливого человека, а именно кинорежиссера Райана Джонсона, автора прекрасных фильмов «Кирпич» и «Братья Блум», на чистом реактивном топливе собственного воображения выносит прямиком в стратосферу.

Сюжет про убийцу, которому необходимо убить самого себя из будущего, что называется, самоигральный — постановщику с глазами и фантазией сбацать на таком заходе отличное интересное кино должно быть раз плюнуть. У Джонсона, безусловно, на месте одно и в достатке другое — и первые примерно полчаса он как раз показывает, как из такой истории можно сделать резкое, жесткое, восхитительно пижонское, головокружительно смонтированное и, в целом, довольно сногсшибательное кино. Правда, по истечении этого получаса выяснится странное — оказывается, широко разрекламированный сюжет про то, как Джозеф Гордон-Левитт охотится на самого себя, был только разминкой, верхушкой айсберга.

Без предупреждения в «Петле времени» начинается совсем другое кино, а чуть погодя — ещё и третье (главным, как дальше выясняется, будет именно оно). Жанр выворачивается наизнанку, у персонажей, в том числе и главных, будто бы произвольно переключается полярность, причем по несколько раз. Однако никакого хаоса, никакого разброда и шатания в «Петле» нет и в помине — исключительно железная режиссерская воля в действии.

При этом Джонсон, этак перебирая сюжетообразующие идеи, будто костяшки в четках, ни на секунду не забывает, что в аннотациях к «Петле времени» обильно фигурировало словосочетание «фантастический боевик». Будто бы приговаривая:"Вот вам, нате, кушайте, мои хорошие«, он наворачивает сцены одна круче другой — дерзкие побеги, внезапные схватки, оглушительные перестрелки. Причем снято всё резко, динамично, находчиво, изобретательно, дико остроумно. После одной такой перестрелки один из немногих выживших осматривает последствия и с трудноописуемой смесью неверия и восхищения выдыхает «Вот сука...». Примерно то же и таким же образом хочется сказать на «Петле времени» и режиссеру Райану Джонсону, причем раз пятнадцать за фильм.

Например, тогда, когда с несколько открытым от размаха происходящего ртом понимаешь, что у режиссера Джонсона в фантастический боевик про путешествия во времени с беготней, стрельбой и дистанционным отрезанием пальцев упаковано очень грустное и очень серьёзное размышление — о бессмысленности бесконечного цикла насилия и страдания, которое съедает душу и легко превращает в убийцу-фанатика любого, даже движимого самыми благородными и прекрасно понятными мотивами человека. И что режиссер Джонсон готов не только за этот цикл поговорить, но и ему ответить — причем ответ этот одновременно обескураживающе простой и оглушительно мощный, какими бывают только единственно верные ответы.

А уж когда, немного погодя, стоит первому восторгу чуть-чуть отступить, станет очевидно, что «Петля времени», при всей жанровой разности со своими предшественниками («Кирпич» был многословным школьным нуаром, «Братья Блум» — сложносочиненной мошеннической комедией в духе магического реализма; оба, кстати, как и «Петля», были выполнены на высочайшем уровне виртуозности), красиво встраивается в общий контекст творчества Джонсона и обнаруживает в нём что-то вроде магистральной темы, в голове останется ровно две мысли. Первую какое-то время можно будет выразить исключительно гласными буквами с восклицательными знаками после них — в смысле, «А!», «У!», «Ы!» и так далее. Вторая же будет чуть посвязнее: «Господи, какое же у него будет четвертое кино?!»

Вердикт Кочерыжкина — грандиозная история; изобретательный фантастический боевик с двойным, тройным, четверным дном, выполненный талантливым и остроумным режиссером на пике творческой формы

Рекомендуем почитать