>
>
>
«Если „затыкать“ ребенком внутреннюю пустоту, будет только хуже»

«Если „затыкать“ ребенком внутреннюю пустоту, будет только хуже»

26.07.2016
11

С какими трудностями семьи с приемными детьми сталкиваются чаще всего?

Все индивидуально и зависит от конкретного случая — опыта самого ребенка и его приемных родителей. Одни обращаются к психологу в крайних случаях, когда ребенок, к примеру, начинает воровать деньги, другим поддержка необходима в, казалось бы, незначительных ситуациях — приемный ребенок не держит обещание и поздно возвращается домой.

Очень многим родителям не хватает психологической грамотности, понимания, что такое дети-сироты, психологической и педагогической поддержки. Многие ждут, что ребенок из детского дома будет таким же, как и тот, что вырос в обычной семье — это распространенное заблуждение. Даже несколько месяцев, проведенных в детском доме, накладывают на ребёнка отпечаток, не говоря уже о тех, кто рос без матери и отца с младенчества. Это особые дети, и отношения с ними нужно выстраивать тоже особым образом, иначе очень скоро семья эмоционально «выгорит», а ребенок почувствует отчуждение.

Часто в разговорах о приемных детях можно встретить именно этот эпитет — «особенные». В чем именно это проявляется?

Особенными такие дети бывают по-разному. Есть те, кто с самого рождения воспитывался в различных учреждениях — доме ребёнка, потом в детском доме, поэтому у такого ребенка просто нет опыта жизни в семье. О том, что такое семья, он в лучшем случае знает по картинкам или фильмам. Именно это часто рождает проблему: приемные родители не ощущают от ребенка того эмоционального отклика, который дают дети, выросшие в обычных семьях и знающие, что такое привязанность и близкие отношения. Мой профессиональный опыт говорит о том, что даже росший рядом с неблагополучными родителями ребенок больше готов к жизни в приемной семье, нежели тот, у кого вообще не было подобного опыта.

Это касается даже маленьких детей, которых, как правило, усыновляют быстрее всего?

Свой отпечаток накладывает даже кратковременный опыт пребывания в детском доме.

Ещё в 1969 году в Британии супруги Робертсон сняли фильм про ребёнка, который в возрасте год и 8 месяцев оказался в доме ребёнка. Картина называется «Джон». Всего 9 дней, за которые ребенок кардинально меняется — сначала возникают колоссальные эмоциональные проблемы, недоверие к окружающем его людям, затем полная потеря интереса к жизни. И это всего за 9 дней!

После фильма в Британии разгорелась дискуссия с участием ученых и общественности. Несмотря на то, что страна переживала не лучший экономический период, работа с детьми, оказавшимися без родителей, была пересмотрена — на смену детским домам пришли профессиональные приемные семьи.

Материалы по теме
Как стать приемными родителями
Пошаговая инструкция и ответы на неудобные вопросы

Такой опыт, надо сказать, есть и в России — в соседней Новосибирской области, в основном в такие семьи попадают маленькие приемные дети. Надеюсь, что вскоре сможем развить такую практику и нас, потому что детский дом — не то место, где должен находиться ребенок. Каким бы замечательным ни было социальное учреждение, ребенку необходим близкий взрослый, с которым он будет проводить продолжительное время, которому сможет доверять. Только так у ребенка сформируется доверие к людям и к миру в целом.

Чаще всего в детские дома попадают дети из неблагополучных семей. И это еще одна тема для острой дискуссии — родители-алкоголики или детдом? Какой точки зрения придерживаетесь вы?

Приведу пример из моей практики. Наблюдал двух пацанов из Балахтинского детского дома, куда они попали уже достаточно взрослыми — одному было 6, другому — 8 лет. В первый месяц это были розовощекие, достаточно доверчивые, домашние дети. Увидел их спустя полгода — картина совсем другая: нет прежнего доверия, у обоих словно какая-то «печать» на лице. При матери-алкоголичке, которая меняла сожителей, они были больше похожи на детей — нормальных, здоровых, счастливых.

Выбор «детдом или неблагополучная семья» — он в корне неверный. Говорить надо о том, как эффективнее помочь такой семье, вытащить её из кризиса. У нас же проблема часто решается изъятием ребенка, а это травма, обида, потеря, которую ребенку в детском доме никто не поможет пережить. Во-первых, нет возможности: уследить бы за всей оравой, чтоб была одета и накормлена. Да и как установить с ребенком нормальный контакт, когда на сто детей в детдоме приходится два психолога? Вариант с изъятием ребенка из семьи приемлем, но только временный, — например, на период лечения матери от какой-либо зависимости. И опять же — с пребыванием не в детдоме, а в профессиональной приемной семье, как это происходит во всем цивилизованном мире.

Дети не бывают плохими

Многие из тех, кто готовится стать приемными родителями, говорят о страхе не полюбить ребенка из детдома. Как часто к вам обращаются с такой проблемой?

Такого страха в моей практике не было, все-таки приемные родители настроены на то, чтобы полюбить ребенка, который придёт в семью. Но есть другая проблема, она появляется позже: своего ребенка я люблю сильно, а приемного — раз в сто меньше. Признаться в негативных чувствах, поговорить о них — это уже большой плюс и залог того, что будет прогресс. Дальше начинается работа над конкретной проблемой — что не так, что раздражает. Важно открыто говорить про все, не оставляя табуированных тем.

И к какому выводу приходите, разбирая подобные проблемы?

Причина в значительной части случаев — это детский опыт самих родителей. В России очень много социальных сирот: детей, которые живут во внешне благополучных семьях, но не получают от родителей необходимых откликов, не чувствуют, что они любимы и ценимы такими, какие есть. Часто это «условная» любовь: будешь хорошим — будем любить. Либо детей делят: вот этот у нас хороший, а этот — плохой. Это опять же проблема родителей, как правило, матери. Для детей, причем для обоих, такое разделение ужасно.

Материалы по теме
Портрет кукушки
Почему некоторые матери после родов пишут заявление об отказе от ребенка

Родителям — не только приемным, а вообще всем — не хватает чувствительности к эмоциональным потребностям ребенка. Так уж нас воспитывали: надо быть удобным, правильным, быть «членом советского общества» — не человеком. Мы не задаемся вопросом, что у ребенка происходит внутри и что делать, если он ведет себя не очень удобно. Особенно, если это ребенок из детского дома, у которого нарушено доверие к миру, поведение, есть проблемы в эмоциональной сфере...

...к которым приемные родители не готовы.

Именно поэтому семьям с такими детьми необходимо общение с себе подобными. Раз в месяц наш фонд устраивает встречи, на которых у каждого есть возможность высказаться. И люди ею охотно пользуются: рассказывают о трудностях, делятся накопленным опытом. Это очень эффективный инструмент, который действительно помогает пережить непростые моменты. И второе, без чего не обойтись семьям с приемными детьми, — это профессиональное сопровождение психолога. Я сторонник долгой и методичной работы. Встречи и консультирование должны быть регулярными, хотя бы раз в месяц, это дает более стойкий положительный результат.

Семейные проблемы в нашем обществе принято обсуждать на кухне, а не с психологом. Семьи с приемными детьми охотно идут на контакт?

По-разному, но часто они не могут справиться с проблемами самостоятельно и просто вынуждены обратиться за профессиональной помощью. Одна из свежих историй: семья взяла из детдома двухлетнего мальчика, умного, достаточно открытого и эмоционального. На первой встрече я дал им ряд рекомендаций — комментировать действия ребёнка, так он не будет чувствовать себя одиноким, играть с ним и так далее. Они ушли и появились только через полтора года.

Отец не принимает ребенка, хочет вернуть его в детдом, не может смириться с тем, как ребенок себя ведет, начало доходить и до рукоприкладства. У матери от такого колоссального эмоционального напряжения развился диабет.

В общем, непростая ситуация. Начали работать, причем, только с матерью — отец на консультации ходить не хотел. И вскоре появился результат: женщина рассказывает, что муж стал проявлять к ребенку положительные чувства, а у нее самой инсулин пришел в норму. Короче говоря, капля камень точит. Постоянное сопровождение и усилия дают результат, главное не игнорировать проблему.

Ребенок должен знать правду!

Какую позицию вы, как психолог, занимаете в вопросе тайны усыновления?

Практика и здравый смысл свидетельствуют, что все попытки сохранить эту тайну выходят боком и ребенку, и его приемной семье. У ребенка, даже усыновленного в младенчестве, есть эмоциональная память, и на каком-то интуитивном уровне он понимает, что раньше у него были другие «объекты привязанности», что жил он в каком-то другом месте и т.д. Наоборот, я сторонник того, чтобы приемные родители создавали вместе с ребенком книгу жизни, где правдиво излагается вся его история — от и до. Помню, раньше сотрудники детдомов удивлялись, зачем американцы, которые усыновляют русских детей, фотографируют все вокруг, спрашивают имена воспитателей. Все это как раз для того, чтобы ребенок знал, где он находился, кто о нем заботился. Для ребёнка это некая материальная опора: «моя жизнь именно такая, какой я ее помню».

Но в тоже время это и напоминание о том, что родные мама и папа ребенка оставили.

Материалы по теме
«Мы не будем обманывать свою приёмную дочь»
История красноярской семьи, удочерившей ребенка

Книга жизни предполагает щадящую подачу. Рассказ строится так, чтобы у ребенка сложилось впечатление — его ждали. Допустим, что родился он в один день с Суворовым, и назвали его так же, как великого полководца. И про расставание с семьей тоже рассказывается особым образом: «Мама не смогла о тебе заботиться, потому что страдала от тяжелой болезни. Поэтому она отнесла тебя туда, где о тебе позаботились». И действительно, как ни парадоксально это звучит, часто матерями движет именно забота о ребенке — чувствуя, что она «распадается», женщина отдает ребенка в детдом, пытаясь таким образом уберечь его.

Детям, однажды пережившим предательство со стороны взрослых, не так просто довериться какому-то вновь. Устраивают ли они какие-то «проверки» своим приемным родителям?

Если и бывают какие-то «проверочные» ситуации, то вряд ли ребенок делает это нарочно. Просто у детей есть свои потребности и особенности, которые могут стать «проверкой» для родителей. Как правило, эти ситуации случаются после «медового месяца» — времени, когда ребенок только приходит в семью и изо всех сил старается быть «хорошим». У кого-то этот период длится неделю, у кого-то — два месяца, после которых ребенок обязательно «растормаживается» и начинает проявлять себя. Опять вернусь к важности сопровождения семей — оно помогает родителям не ожесточиться и понять, что происходит с ребенком.

Что это за ситуации?

У детей из детских домов часто есть большой негативный опыт — они пережили алкоголизацию матери или жестокое обращение. Из-за этого ребенок, уже будучи в приемной семье, может врать, не доверять или чрезмерно агрессивно «качать права».

Одна из распространенных ситуаций: ребенок поздно приходит домой — и родители не знают, что с этим делать. Или подросток берет деньги на покупку какой-то вещи, но тратит все на развлечения и возвращается домой только на следующее утро, как ни в чем не бывало.

Воровство — с этим родители тоже нередко сталкиваются и, не понимая причин, реагируют порой неадекватно. У воровства могут быть разные причины и порой достаточно каких-то минимальных изменений в отношениях с ребенком, вплоть до того, чтобы в доме всегда были сладости — это дает ребенку определенный эмоциональный комфорт, позволяет справиться со стрессом. Компьютерная зависимость — тоже частый вопрос.

Были ли в вашей практике случаи отказа от детей?

Да, но, к счастью, всего один. Женщина хотела отказаться от ребенка, который не прожил с ней и двух месяцев. На мой взгляд, это было верное решение — человек психологически не был готов к роли приемного родителя. После двух месяцев ребенок обращался к приёмной матери на «вы», женщину пугала его детская активность, между ними не было понимания. И это довольно типичный сценарий — причины отказов от приёмных детей чаще всего именно психологические. Люди не смогли приспособиться, измениться, понять ребенка. Трудно их осуждать: иногда дети действительно очень сложные.

В то же время бывает и такое, что человек пытается «заткнуть» приемным ребенком внутреннюю пустоту, решить собственные психологические проблемы. Сделать это, как правило, не получается, наоборот — становится только хуже. К сожалению, у нас на государственном уровне нет системы психологического «выбраковывания» таких рискованных приемных родителей. Человек собрал документы, у него есть жильё, он имеет право стать опекуном или усыновителем, а что у человека на душе — в этом никто не разбирается.

Наталья Мороз, интернет-газета Newslab.ru
За помощь в организации интервью благодарим фонд «Счастливые дети»

Рекомендуем почитать