>
>
>
«Люди своего дела»: Артем Соломников

«Люди своего дела»: Артем Соломников

16.08.2016
33
Артем Соломников со своим «детищем» — 3D-принтером Hercules Strong

Как возникла идея заняться производством 3D-принтеров?

Изначально, около трех лет назад, у нас с супругой был бизнес по 3D-печати — мы производили на заказ различные сувениры, прототипы и т. д. Плюс немного занимались продажами профильной техники и расходных материалов. Надо сказать, что это достаточно специфическое, узкое направление, и именно как бизнес оно не очень привлекательно. Параллельно с нами в городе работало еще буквально несколько подобных компаний. Хотя их, скорее, можно было назвать группами энтузиастов, чем коммерческими предприятиями.

ООО «ИМПРИНТА»
Год основания: 2013
Профиль деятельности: производство 3D-принтеров
Штат: 20 сотрудников
Бренд: Hercules

Мы все общались между собой, даже помогали друг другу. И так получилось, что в одной из них я познакомился с нашим нынешним партнером по бизнесу, который тогда уже пытался конструировать и собирать принтеры. Идея производства собственных принтеров мне показалась привлекательной и более выгодной, чем 3D-печать. Тем более, что мы все по образованию «технари», у всех есть интерес к разработке, конструированию и созданию чего-то своего. Так, где-то 2,5 года назад возникла идея и мы непосредственно приступили к разработке и сборке собственной модели 3D-принтера.

С чего начали?

Наша компания — пример «гаражного стартапа» в буквальном смысле. Первые образцы мы вдвоем конструировали и собирали в гаражной мастерской в Академгородке. Производственного опыта у нас не было, но общее представление, каким должен быть 3D-принтер, мы имели, поскольку долгое время работали с этим оборудованием. К тому же у нас была уверенность, что со сбытом принтеров не будет проблем — за то время, что я занимался 3D-печатью, были налажены контакты со многими российскими компаниями — поставщиками оборудования и расходников, дистрибьюторами и т. д.

Кстати, первые единицы своего оборудования мы произвели именно по предзаказам от наших партнеров. Причем, мы изготовили их с большим сроком отгрузки, со множеством недочетов, которые впоследствии исправляли, но тем не менее, старт бизнеса состоялся.

Уже в марте 2014 года мы вышли на небольшой серийный объем — 5-7 принтеров в месяц.

Что было самым сложным на старте?

Конечно, возникали производственные трудности. Одно дело собрать три единицы оборудования и совсем другое — наладить серийное производство. Плюс параллельно нужно было совершенствовать конструкцию принтера, устранять какие-то недочеты. Но все-таки самое сложное — это не технические трудности, а сработаться с партнерами по бизнесу.

Когда ты один руководишь предприятием — ты сам за все несешь ответственность и принимаешь решения. Когда вас трое — именно тех, кто принимает решение — неизбежно возникают какие-то разногласия и необходимость найти взаимопонимание, согласовать позиции.

К слову, поначалу в компании было четверо партнеров, один из которых впоследствии откололся именно потому что не удалось наладить взаимопонимание. Хотя в итоге именно разность мнений и взглядов позволяет найти какие-то неординарные, удачные решения и ходы.

Не страшно было начинать бизнес на деньги от предзаказов? По сути, у вас же еще не было готового изделия.

Мы понимали, что идем на определенный риск, но возобладала юношеская самоуверенность. Ну, и, конечно, мы имели четкое представление о том, что делаем, и каким должен быть результат. Плюс доверие партнеров в какой-то степени подстегивало. К тому же еще со времени моего первого бизнеса я зарекся начинать дело на кредитные деньги.

До того, как заняться 3D-печатью, я пытался наладить бизнес на эксклюзивных шоколадных подарках. Для этого мы с партнером взяли кредит, но не учли специфики: во-первых, бизнес оказался сезонным — под Новый год, когда мы стартовали, дело пошло отлично, однако после праздников спрос исчез. Во-вторых, товар был дорогостоящий, премиального уровня, и его потребительская аудитория была очень маленькой. В общем, бизнес провалился, а кредит остался. С тех пор я решил, что больше не буду привлекать заемные средства для запуска дела.

К примеру, в производство 3D-принтеров мы вложили всего 50 тысяч рублей собственных средств, все остальные инвестиции — деньги от предзаказов.

До сих пор мы не привлекаем кредитов, лишь недавно воспользовались овердрафтом — незначительной суммой, которая позволила нам перекрыть кассовый разрыв. И то долго думали и взвешивали, прежде чем воспользоваться этими средствами.

Что сегодня представляет собой ваша компания?

Сейчас, конечно, мы уже не тот «гаражный стартап», с которого начинали несколько лет назад. Мы уже дважды меняли производственное помещение, поскольку постоянно расширяемся. В нынешнее въехали совсем недавно, буквально неделю назад. В штате у нас на данный момент около 20 человек, в том числе специалист по техподдержке, инженер по печати, мастер и работники сборочного цеха.

Каковы модельный ряд и объем производства ваших изделий?

Сейчас мы выпускаем две модели принтеров: Hercules и Hercules Strong. Они отличаются размерами — у Hercules Strong больше рабочее поле, и он востребован в основном организациями и предприятиями. Hercules — более компактный принтер, с меньшим рабочим полем, который рассчитан на частных потребителей.

Что касается объемов производства, то в ближайшее время мы планируем выйти на изготовление 50 «маленьких» и 15-17 «больших» принтеров в месяц.

Что отличает ваши принтеры от продукции конкурентов?

Честно говоря, изначально мы ничего своего не придумали, у нас не было каких-то ноу-хау, инновационных решений. Один узел скопировали у одного производителя, второй у другого и т. д. Но потом, по мере совершенствования наших «геркулесов», когда мы уже основательно погрузились в конструирование, такие решения у нас появились.

К примеру, оказалось, что такая деталь нашего принтера, как экструдер, уникальна по своим характеристикам даже в сравнении с изделиями европейских производителей. Это выяснилось, когда мы побывали на выставке в Европе, и сейчас это наше конкурентное преимущество.

В целом, насколько высока конкуренция на вашем рынке?

В России очень мало производителей 3D-принтеров — от силы 4-5 — тех, кого «видно и слышно». Все они располагаются в Москве, есть один производитель в Зеленограде. За Уралом мне не известен ни один производитель подобного оборудования.

Если судить по отзывам дистрибьюторов, наша продукция вполне конкурентоспособна по сравнению с другими отечественными образцами и наравне с ними пользуется спросом. Как я уже говорил, мы смогли стать не просто сборщиками принтеров из готовых комплектующих, а внесли уникальную конструкционную составляющую, за счет чего можем конкурировать.

В сравнении с зарубежными производителями мы — в целом отечественные компании — сейчас находимся в более выигрышном положении. Потребитель, особенно предприятия и организации, сейчас предпочитает работать именно с российскими производителями. И дело даже не в политике импортозамещения: отечественное оборудование сейчас не хуже по качеству, при этом, значительно упрощается его сервисное обслуживание, техподдержка и т. д.

Ну, и, конечно, у него более привлекательная цена: с учетом нынешнего курса рубля продукция российских компаний стала куда более привлекательной, чем импортная. Поэтому в целом на рынке сейчас сложилась вполне благоприятная конкурентная среда, каких-то проблем в связи с конкурентным давлением мы абсолютно не ощущаем.

Куда вы поставляете свои принтеры, и кто основной потребитель?

На сегодня большая часть нашей продукции уходит в другие регионы, в основном в европейскую часть страны, хотя и на Восток мы тоже осуществляем поставки. Продажами занимаются наши местные партнеры и дистрибьюторы. В Красноярске реализацией оборудования мы занимаемся сами в силу того, что местные потребители обращаются к нам напрямую.

В числе потребителей у нас в основном организации, предприятия и учебные заведения. В Красноярске, например, среди наших клиентов ИСС им. Решетнева, завод «СИГАЛ», СФУ, СибГТУ, другие крупные структуры. Дело в том, что до недавнего времени нашим основным продуктом был принтер Hercules Strong, который рассчитан как раз на организации. Сейчас мы наращиваем производство «малого» принтера Hercules, с которым будем «раскачивать» аудиторию частников.

Ваши планы на ближайшее будущее.

Артем Соломников
Фото: newslab.ru

В первую очередь хотим укрепиться в России: потеснить наших московских конкурентов и занять лидирующую позицию на рынке. В дальнейшем хотим выйти и за рубеж.

Месяц назад мы с помощью Красноярского регионального агентства поддержки малого и среднего бизнеса поучаствовали в профильной выставке в Амстердаме, где убедились, что наше оборудование вполне конкурентоспособно с импортным. Мы не увидели у них ничего уникального — ни в дизайне, ни в образцах печати. Одна из местных компаний даже взяла наш принтер на пробу — изучить в плане возможного сотрудничества.

Но выход за рубеж — перспектива не ближайшего времени: там 50 принтеров в месяц это ничто, нужны совсем другие объемы. К тому же необходима сертификация продукции по международным стандартам.

Как давно вы сотрудничаете с Красноярским региональным агентством поддержки малого и среднего бизнеса, и что это вам дает?

С прошлого года. Обратиться в Агентство нам посоветовали в красноярском бизнес-инкубаторе. Мы не являемся его резидентом, но, скажем так, дружим с ним. Так вот, его сотрудники нам сказали, что Агентство может посодействовать в поездках на различные выставки и оказать другую помощь бизнесу. Я позвонил, и оказалось, что это действительно так.

На сегодня Агентство оплатило нам участие уже в двух выставках: в Москве и Амстердаме. Кроме того, оно помогает в полиграфии, компенсируют расходы на рекламные материалы, а также может субсидировать 50% затрат на сертификацию продукции по международным стандартам. Это для нас особенно важно, поскольку мы планируем выходить на зарубежные рынки.

Что характерно, нам не пришлось пробивать головой стены, ломать бюрократические преграды и т. п. — достаточно было позвонить в Агентство и заявить о себе.

Рекомендуем почитать