>
>
>
«У нас всё синхронизировано: пока один занимается наукой, другой — ребенком»: приключения индийской семьи в Красноярске

«У нас всё синхронизировано: пока один занимается наукой, другой — ребенком»: приключения индийской семьи в Красноярске

13.12.2019
2
Раджив, Шубхра и маленькая Пиху

Шубхра: С Радживом мы познакомились в университете в Индии, мы работали вместе. На разных кафедрах, но в одном институте. В то время мы были ещё просто друзьями, но после выпуска думали о том, чтобы пожениться, но сначала отправились в Красноярск. Это он позвал меня в Россию и убедил сюда переехать. Когда он сказал, а не поехать ли нам в Сибирь, я испугалась. Мне не очень хотелось сюда ехать, потому что тут банально холодно.

Я пыталась его переубедить, но он был настолько воодушевлен работой кафедры биофизики СФУ, уровнем исследований и публикациями, что, в конце концов, приехал не только он, но и я.

Раджив: Я защитил докторскую по биолюминесценции в Университете Дели и решил участвовать в программе «Постдок СФУ», поскольку в Красноярске большие наработки в этой области.

Чем вы занимаетесь в СФУ?
Раджив: Моя научная работа посвящена биолюминесценции. Я работаю с ферментом люциферазы светлячков, бактерией фермента люциферазы для разработки биосенсора для обнаружения клеток рака или мониторинга токсинов. Люцифераза светлячков испускает свет. Мы разработали протоколы, благодаря которым можно вести мониторинг клеток рака. Существует белок, который называется HSP90 — белок теплового шока 90, который является биоиндикатором. Если его содержание в крови выше определенного уровня, значит, есть вероятность образования рака. Это не означает, что у человека уже рак, но склонность к появлению опухоли есть однозначно. И на основании этого мы разработали метрологический ферментный анализ, основанный на принципах биолюминесценции. Если простыми словами, в зависимости от того, снижается или повышается интенсивность свечения, мы выявляем в организме рак или токсины.

В СФУ работает Валентина Кратасюк, мировой специалист в биолюминисценции, поэтому в Красноярске это направление развито хорошо. Моя семья поддержала меня, они отнеслись с пониманием к моему выбору, сказали: посмотри, как пойдет, ты всегда можешь вернуться назад. Самое удивительное, что мы переписывались с профессором Валентиной на протяжении всего подготовительного периода, она отвечала на все мои вопросы, чем я был очень впечатлен. Она даже познакомила меня с женщиной, которая также приехала из Индии и живёт здесь вот уже 20 лет.

Шубхра: Вот и мы здесь уже 3 года. Абсолютно не жалеем, что переехали в Россию, в Красноярск. Это лучшее место для нас, и лучшее решение нашей жизни — приехать сюда. Здесь у нас есть все: мы поженились, завели ребенка, профессиональная сторона жизни тоже процветает, мы проводим исследования и публикуем статьи. Я думаю, что некоторые решения мы принимаем, потому что нас направляет какая-то высшая сила, и это было очень-очень хорошее решение. При помощи всех и особенно профессора Валентины наша жизнь изменилась коренным образом.

Раджив: В Сибирском федеральном университете есть все, что нужно для успешной социализации ученого. Во-первых, окружающая среда на кафедре. Это очень важно, насколько активно вовлечены в работу сотрудники, какие исследования они проводят. Во-вторых, здесь есть рабочая культура. Когда ты видишь уровень, на котором трудятся остальные ученые, у тебя появляется мотивация работать ещё больше. В-третьих, оборудование. По крайней мере, все, что касается нашего исследования, все необходимое здесь есть. Наиболее важное условие — заботливый и сильный руководитель кафедры, который может выручить тебя в любой ситуации. Тогда тебе нужно только работать, ты не отвлекаешься на мелочи, делаешь исследовательскую работу, публикуешься.

Раджив и Шубхра на работе

https://newslab.ru/projects/sfu-ino/

Шубхра: Истина в том, что, если ты хочешь заниматься наукой, ты ищешь возможности и обязательно их находишь. У нас в семье всё синхронизировано: пока один занимается наукой, другой сидит с ребенком. Мы работаем посменно: один — с 8 утра и до часу, второй — с 13:30 до 18:30. Для удобства мы разработали план, где все четко расписано: готовка, уборка, работа в лаборатории, сделать это, сделать то... И это удобно. Таким образом мы облегчили себе всю жизнь.

Шубхра: Моё исследование посвящено сиртуину — это белок, который есть у всех нас. Исследования показало, что, если содержание этого белка увеличивается, увеличивается и продолжительность жизни человека. И сейчас мы ищем такую еду или нутрицевтики, которые бы увеличивали содержание этого белка в организме человека. Например, мы проверили очень популярную в России кашу — гречку. Я проводила эксперимент на крысах, и это совершенно доказано, что, если есть гречку, будешь жить дольше.

Раджив: Успевать все по работе сильно помогают коллеги, у нас с ними тёплые отношения, они всегда стараются нам помочь, если нужны химикаты или инструменты, необходимые для исследования. Например, у меня есть студентка Мария Кириллова, мы планируем эксперименты вместе, а проводит их она.

Шубхра: Красноярск — очень удобный город, в любую точку мы можем добраться на автобусе. Нет никаких проблем с транспортом. Никаких проблем с магазинами. Наша культура довольно популярна в России, здесь даже есть специализированные магазины, в которых можно найти все индийские специи и продукты. С этим никаких проблем нет. Город не то чтобы адаптирован для прогулок с коляской, но, даже если мы не можем где-то пройти, у нас сложилась отличная практика поднимания коляски, мы уже натренировались.

Раджив: Иногда возникают проблемы с русским языком, особенно когда заказываем такси. Есть небольшие трудности в коммуникации, мы знаем русский процентов на 40. Понимаем и немного говорим. Не знаю, к счастью или нет, но у нас в институте все говорят на английском, и у нас попросту отсутствует острая необходимость изучать русский. Конечно, можно попросить коллег говорить исключительно на русском языке для мотивации: «And now let’s speak only in русский».

Шубхра: Самое смешное, когда в магазине или на улице кто-то говорит мне что-то, я не понимаю их и говорю: «Не знаю русский» или «Русский говорить чуть-чуть». Они многозначительно смотрят на меня типа: значит, это она может сказать по-русски, а что я ей говорю, она не понимает.

Про нашу свадьбу

Шубхра: Мы поженились 12 декабря 2016 года. Дело происходило в Индии с соблюдением всех ритуалов. Притом ритуалы в наших с Радживом семьях различаются. Он живет в восточной части страны, а я — в северной, поэтому у нас разные традиции.

Раджив: У нас есть такой ритуал перед свадьбой, когда члены моей семьи и гости берут землю и обходят дом 7 раз, распевая традиционные песни. В другой день мы делаем специальную мазь из куркумы и разбрасываем вокруг себя рис. Затем мы должны отправиться в дом невесты, играя на инструментах, в то время как священник читает молитвы.

Свадьба

Шубхра: Индия — сельскохозяйственная страна, поэтому мы очень почитаем почву, куркуму и рис. Куркума — это очень хорошее зерно в Индии, поэтому в моей семье первый ритуал — ритуал с куркумой. Еще в моей семье принято, что женщина сначала должна повенчаться с каким-либо богом. Я выбрала Вишну. Выходит, что у нас проходит две свадьбы: первая — с богом, и только вторая — с парнем. Это нужно для того, чтобы, если что-то плохое есть в судьбе, что-то плохое ждет в будущем, все исчезло. После этого проходит музыкальная церемония, когда все собираются и танцуют, наслаждаются и смеются. Изначально только девушки должны собираться на неё, но в наши дни это изменилось, и мужчины тоже приходят, они счастливы посмотреть, как девушки танцуют, присоединиться к нам.

Раджив: День свадьбы начинается с того, что все мужчины со стороны жениха — друзья, родственники, и вообще все, кого он когда-либо знал — собираются вместе и идут к невесте. Наши дома расположены друг от друга очень далеко, и нам нужно было ехать на поезде, поэтому в моей группе было всего 50-60 человек, а так в целом с моей стороны пришло около 200 гостей.

Шубхра: С моей стороны было ещё 100 человек! Затем была очень длительная часть — 5-6 часов традиционных ритуалов. Свадьба закончилась только рано утром, в 3-4 часа. Маленькая гудбай-церемония, когда все собираются, произносят добрые пожелания, вместе едят, и невеста уходит в дом к мужу. Отец отдает свою дочь парню. Это очень значительное событие для отца. Это было очень большое событие, и семьи были очень рады. И наши друзья из Красноярска тоже приезжали к нам в Индию на свадьбу.

Шубхра: Утром после свадьбы в его доме тоже была большая церемония, на которой собрались все родственники. Мы сидели на сцене как статуи, все на нас смотрели, подносили подарки, говорили добрые слова, делали фото. Это длилось 3-4 часа.

Раджив: Ещё в Индии родственники всегда оценивают, что дарят члены другой семьи жениху и невесте. Всех и всегда очень интересует, какие подарки они получили.

Шубхра: Например, его семья подарила мне много золота. Мои родственники сразу стали смотреть, а какое золото, а насколько большое, а насколько качественное. Это типичная черта индийских свадеб. Оценивают, сколько карат кольцо. 22 карата? Ммм, это не хорошо. 24? Тоже не хорошо. Даже если тебе подарят целый мир — этого недостаточно!

Раджив: Мы и здесь в России стараемся поддерживать индийские традиции. В семье говорим только по-индийски, готовим индийскую еду. К нам в гости приходят русские друзья и коллеги, и мы все церемонии, принятые в Индии, проводим с их участием. И это очень интересно, когда русские рассказывают и показывают нам ваш церемониал, мы — свой.

Шубхра: Когда Пиху начинала есть самостоятельно, мы повторили одну церемонию в 25 общежитии с нашими русскими друзьями. Сначала мы молимся богу, потом даем ребенку попробовать молоко с рисом и сахаром — это символ того, что он готов есть еду. Затем мы раскладываем перед ребенком разные вещи: цветок, четки, ручку, горсть земли, монеты. Каждый предмет имеет свое значение. Цветок — ребенок будет расти очень талантливым и заинтересованным в природе, четки — будет очень религиозным. Если ребенок выбирает землю, в будущем у него будет много собственности, ручку — хороший ученик, а деньги — будет очень богатым.

Я хотела, чтобы она выбрала деньги, но она выбрала четки. Когда я была маленькой, я выбрала ручку и деньги, но моя девочка — только четки. Я попросила мужа провести ритуал ещё раз, но она снова выбрала четки! Это судьба!

Любовь Полежаева, фотографы: Сергей Чивиков, Евгений Пузин, Сергей Осин.

Больше историй об иностранных студентах читайте в совместном проекте Сибирского федерального университета и интернет-газеты Newslab

Рекомендуем почитать