>
>
«Ёбург», Алексей Иванов

«Ёбург», Алексей Иванов

06.05.2014
7

«..в те непростые годы Ёбург дал собственные ответы

на все обжигающие вопросы эпохи. Это самое главное:

он дал все ответы на все вопросы»

Причудливая российская история сложилась так, что судьбы большинства крупных городов в промежуток между восьмидесятыми и нулевыми похожи друг на друга. Отголоски «развитого застоя» сменяются кооператорским бумом, затем власть захватывают бандиты на тонированных «жигулях», «жигули» уступают место «бумерам», а потом и сами бандиты — силовикам; социалистическая идея буйно мутирует в капиталистическую, где-то робко цветут домотканые сепаратисты и народные лидеры, которых вот-вот проткнет «вертикалью власти». В трендах дня то вернувшиеся со щитом «афганцы», то разборки местных авторитетов, всегда — точечная застройка и отчаянно пестуемые, в противовес московскому колониализму, приметы собственной уникальности: люди, здания, символы, пейзажи. Неудивительно, что выход новой книги Алексея Иванова стал одним из главных событий литературной весны: формально — нон-фикшн, популярный литпортрет города Ёбурга в лицах и красках, но по сути — объемная летопись жизни в российской глубинке, хоть и с уральским колоритом.

Говоря прежде о красках, стоит отметить, что здесь их ровно три, хотя сам автор упоминает только одну — синюю: самые объемные и запоминающиеся главы в книге посвящены криминальным войнам с участием знаменитых «уралмашевцев». Два других элемента угадываются интуитивно — красный как цвет бюрократии и белый как цвет культуры и духовности; в одном измерении обитают первый секретарь Свердловского обкома Борис Ельцин, бессменный губернатор области Эдуард Россель, авантюрист и идеолог создания Уральской республики Антон Баков, в другом — скульптор Эрнст Неизвестный, драматург Николай Коляда, писатель Владислав Крапивин, поэт Борис Рыжий. Каждому цвету придан собственный языковой стиль: в синем Иванов развязен, охотно использует жаргонизмы, для красного не чурается прибегать к журналистской казенщине, в белом работает деликатно и поэтично.

Ветер истории нещадно треплет, перекручивает триколор, поэтому повествовательные линии прерываются в одних главах и продолжаются в других; персонажи существуют как романные герои, постепенно разматывая ниточки своих авантюрных сюжетов. Это скорее мифические образы, нежели документально охарактеризованные люди; так, например, Евгения Ройзмана, выписанного здесь с каким-то щенячьим восторгом, автор выдает чуть ли не за персонализированную душу города (впрочем, учитывая прочную связь того сразу со всеми тремя цветами, это вполне оправданная метафора). Они, в свою очередь, обитают в мире, насыщенном как фактурой в духе суровых новостных сводок, так и увлекательными городскими легендами. Крапивинская «Каравелла» и литературная «Аэлита», монетаристская утопия Бакова и социалистическая утопия Евгения Королёва, будни Уральского рок-клуба, «Первые на Луне» от Свердловской киностудии — то, что в какой-то степени известно каждому эрудированному россиянину; за кадром — подробности промышленных войн и жестоких убийств, какие-то совершенно фантастические сюжеты вроде группы «афганцев», захвативших в 90-е целый жилой массив.

Однако недаром Иванов слывет непредсказуемым автором. Два кита, две неодолимых страсти Ёбурга, которые он выводит в эпилоге — это наглые, сугубо материальные амбиции и невозможный, «воистину небесный» идеализм. И вроде бы стоило распространить это умозаключение на всю страну, если бы сам писатель не был категорически против. «Ёбург всегда был вписан в историческое время и не предавал эпоху. Но он наглухо окружён выморочной Россией, предавшей себя, он стоит в ней, как Брестская крепость, он забит в неё по смотровые щели, как танк в болото». После стольких страниц обнаружить себя на позициях дремучего коллаборациониста и неожиданно, и неприятно; это какой-то вызов, брошенный с вершины вавилонской башни — а ну-ка, читатель, сложи из местных булыжников аналогичную конструкцию, и тогда поговорим на равных. Так макет эпохи одним волевым усилием съеживается до макета города — и тот, кто в этот момент припомнит автору стилистические пляски, фактографические небрежности или другие грешки, которые набежали за шестьсот страниц, уже никогда снова не достанет эту книгу с полки.

Изд. «Редакция Елены Шубиной», 2014 — 576 стр. Тираж — 8 000 экз.

Кроме «Ёбурга», на сайте ЛитРес вас ждут еще 380 000 книг

Евгений Мельников

«Вековая парма» Иванова
Грамотность в моде
«Географ глобус пропил»: кинорецензия
«Географ глобус пропил» в Красноярском ТЮЗе
«Комьюнити», Алексей Иванов
Максим Кронгауз: Уже не позорно говорить с широким читателем

Рекомендуем почитать