>
>
Август Восьмого

Август Восьмого

24.02.2012
27

Режиссер — Джаник Файзиев

В ролях: Светлана Иванова, Максим Матвеев, Егор Бероев, Артем Фадеев, Владимир Вдовиченков, Сергей Газаров, Алексей Горбунов

Продолжительность — 120 мин

В принципе, художественный фильм «Август Восьмого» вполне можно счесть нашим ответом Голливуду. И потому, что там уже успели творчески осмыслить тему военного конфликта между Грузией и Россией в фильме «5 дней войны», где Энди Гарсия сыграл героического президента Саакашвили. И потому, что по общему уровню исполнения «Август Восьмого» практически приближается к нормальному голливудскому кино. Ключевое слово, впрочем, здесь «практически» — как всегда у русского Ивана, этот процесс не обошёлся без массы неожиданных нюансов.

По фильму «Август Восьмого» прекрасно понятны две вещи — что при необходимости режиссер Джаник Файзиев может снять вполне внятное кино про гигантских роботов и ещё более внятное современное кино про войну. Да, первое будет практически полностью срисовано с «Трансформеров», а второе исполнено с активной оглядкой на «Падение „Чёрного ястреба“» и «Повелителя бури». Но сделано и то, и другое будет добротно, с чётким пониманием того, как и чем живёт и дышит и та, и другая кинематографическая форма.

Собственно, процентов на 65 художественный фильм «Август Восьмого» и есть то самое внятное современное кино про войну, на которое способен Файзиев — мощное, эпичное, суровое, напряженное, по делу распоряжающееся пущенными на его изготовление нешуточными средствами и ресурсами. Но штука в том, что эта отличная, чего уж там, картина фатально нагружена кучей всякой дополнительной ерунды — которая там не просто не к месту, а временами настолько излишня, что глаза на лоб.

Начнём с очевидного — здравствуйте, дорогие гигантские роботы. С прагматической точки зрения всё, конечно, прекрасно понятно — голливудская механика совмещения аудиторий в чистом виде. Прямо отчётливо представляешь себе это совещание, на котором забугорные партнёры (в титрах, заметим мимоходом, заставка «20-го века Фокс» и масса зарубежных фамилий) говорят что-то типа «Ваше кино про войну ту дарк фор кидз, ю ноу, слишком мрачное для детей и подростков, но если там будут гигантские роботы, дети придут», а наши кивают и записывают, кивают и записывают.

Суровая правда, однако, в том, что мощной военной картине гигантские роботы, как бы хорошо они не были сделаны (а они сделаны хорошо), как говорится, не пришей кобыле хвост. И детские фантазии мальчика (источник которых кокетливо объясняется доморощенным детским спектаклем на соответствующую тему, а вовсе не увлечением ребёнка теми фильмами, откуда роботы и подсмотрены), как бы оправдывающие появление роботов в картине — на деле чудовищно надуманный драматургический предлог приплести их к фильму. Особенно это заметно ближе к концу, в длинной сцене ухода от погони, когда артистка Иванова, кажется, сама вот-вот ошалеет от необходимости безостановочно выпаливать этот текст про схватку роботов, которым она как бы пытается удержать внимание своего раненого сына.

Из менее очевидного — в фильме «Август Восьмого» есть Президент Российской Федерации. Не духовно, нет — одним из персонажей, в мужественном исполнении Владимира Вдовиченкова. У него почему-то нет имени, он умеет сурово прищуриваться, решительно стучать ладонью по столу и выгонять из зала заседания советников, заранее предупреждающих обо всём том, что напишут по итогам грузинского инцидента про Россию в прогрессивных западных газетах. (Между строк отметим, что было несказанно приятно узнать, что даже в фантазийной России, которой рулит президент Вдовиченков, премьер-министром всё равно остаётся Владимир Путин). Зачем нужен этот президент, грубо говоря, России, понятно прекрасно — но вот конкретному фильму Джаника Файзиева «Август Восьмого» он нужен даже меньше гигантского робота.

Особенно в финале, где Файзиев, до этого изображавший грузинских захватчиков исключительно безликими фигурами в масках, вдруг переходит на личности и пытается двумя сценами поднять свой фильм над геополитическими соображениями на более высокий художественный и моральный уровень — манёвр, так удавшийся Андрею Кавуну в «Кандагаре»; вот там предшествовавшие несколько включений из президентского зала совещаний не просто выкручивают Файзиеву руки и затыкают рот, они превращают художника с намерением важного высказывания в лгуна и лицемера.

Остальное по мелочи — вроде неуместно комического пролога, в котором главная героиня предстаёт беззаботной дурочкой и необъяснимо находится место для цитаты самой знаменитой сцены из «Когда Гарри встретил Салли» (да, той самой, о которой вы подумали), или вечных мобильников, по которым можно обмениваться ммс-ками, не подзаряжая по несколько дней. Все эти вещи упорно не дают «Августу Восьмого» стать тем, чем ему было предназначено судьбой — сильной и могучей современной картиной про войну.

Вердикт Кочерыжкина - на удивление мощный для отечественной картины военный фильм, досадно обременённый огромной кучей лишнего

Рекомендуем почитать