>
>
Анна Бухало: «В инновациях есть воздушные замки»

Анна Бухало: «В инновациях есть воздушные замки»

Этой молодой симпатичной девушке в свои годы удалось достичь многого. Кандидат технических наук, доцент, член Общественной палаты РФ, руководитель общественной организации «Молодая инновационная Россия» Анна Бухало приехала на Красноярский экономический форум впервые. Совсем недавно у Анны, помимо всех ее регалий, добавилась еще одна — доверенное лицо кандидата в президенты страны Владимира Путина. Собственно, об инновациях и политике мы и поговорили с ней в эксклюзивном интервью.

Инновации против семечек и пива

Анна Бухало - молодой инноватор— Анна, вас называют молодым инноватором. Сколько таких людей в России?

— Достаточно много. Каждый человек немножко инноватор. Потому что каждый из нас пытается придумать что-то новое.

— Насколько велика пропасть между инноваторами, которых, как вы говорите, много и теми, кого к этой группе отнести нельзя? Ведь есть очень много молодежи в любом населенном пункте страны, которая и понятия такого не знает, и живет совсем другой жизнью.

— Сложно сказать, насколько велика пропасть. Ее величина зависит от региона, в котором живут люди, и от качества образования в этом конкретном регионе. К примеру, мы сегодня можем говорить, что в каком-то регионе тяжело найти коммуникации между разными слоями населения. А если бы система образования была везде одинаково качественная, эта пропасть, о которой вы говорите, была бы гораздо меньше.

— В России больше каких регионов: с маленькой пропастью или с большой?

— Я бы не стала равнять по регионам. Я бы это сделала по научной составляющей. Есть регионы, в которых два-три вуза по научной составляющей формируют целый научный пласт. Но при этом они не являются высокоинновационными территориями. У них растет как раз та молодая поросль, с которой можно работать. А есть регионы, которые сегодня поддерживают довольно крупные программы инновационного развития — от молодежных до производственных. И все зависит не столько от региона, сколько от образовательной среды и от того, как это все между собой взаимодействует.

— Понятно, что есть много молодых людей, которым все это неинтересно. Пить пиво и щелкать семечки — это да, это тема. Насколько необходимо втягивать в вашу среду этих людей? Или, может быть, отстать от них уже, и пусть они живут своей жизнью?

— Нет, не стоит от них отставать. В прошлом году я участвовала в форуме «Машук». Там были ребята, которые в первый раз слышали об инновациях. У них было лишь одно направление — предпринимательство. Но оказалось, что у большинства молодых людей, приехавших на форум со своими бизнес-разработками, были именно инновационные проекты. Человеку всегда неинтересно то, что ему непонятно. Как только начинаешь это непонятное объяснять, показывать в примерах и деталях, человек сразу начинает заинтересовываться. И вот именно этот момент нужно использовать на уровне той молодежи, о которой вы спросили. Думаю, если этой молодежи показать что-то более интересное, чем семечки и пиво, она откликнется.

— Почему в нашей стране на тему не столько молодежных инноваций, сколько инноваций вообще можно прочитать, увидеть, услышать, что все это — показуха и воздушные замки?

— Несмотря на то, что у нас реализуется уже много инновационных программ, пока с этим действительно сложно. Не бывает такого, что раз — и внедрили. Есть определенные ступеньки. Если посмотреть вниз, то можно увидеть, что мы уже немало прошли. Но если поднять голову, то окажется, что идти еще больше. Вот и отвечая на вопрос, скажу так — кто-то смотрит вниз и гордится достижениями, а кто-то — вверх и говорит о том, что ничего еще не сделано. Плюс ко всему в России до сих пор существует разрыв между крупными производствами и молодежными инновационными проектами.

— Но на самом ли деле есть воздушные замки? Может быть, в единичных случаях...

— В инновациях воздушные замки есть. Они везде есть, в любых направлениях — и в социальной защите, и в образовании. Это связано с тем, что мы не можем предугадать, какой проект по итогу станет нужным людям. Зачастую, когда проект прописывается, требуется огромное количество данных и показателей, которых попросту не найти. И даже, когда ты заранее предполагаешь, что в 90% случаев это будет работать вот так, всегда остаются 10%, которые могут превратить проект в воздушный замок. Есть и еще одна причина: сейчас проекты сначала разрабатываются, а потом предлагаются обществу. Должно быть наоборот — именно общество формулирует запрос, а под этот запрос разрабатывается проект.

Верным курсом

Зарплаты от кандидата Путина не получает— Немного о политике. Вы — доверенное лицо кандидата в президенты Владимира Путина. Каковы ваши полномочия? Что вы должны делать? Есть ли обязательства?

— Насколько я понимаю, каждое доверенное лицо делает столько, сколько оно само для себя определяет. В силу того, что я работаю с молодежью, в мои планы входит объяснение именно молодежи тех законопроектов, которые сегодня предлагаются. Я веду разъяснительную политику. Ведь зачастую люди узнают о законах из трех строчек в заголовке газеты и не до конца понимают суть. Задача доверенного лица — донести до общества посылы, которые дает государство, с понятной точки зрения.

— Желтый вопрос. Доверенные лица кандидата Путина получают зарплату?

— Нет.

— А как они отчитываются о проделанной работе?

— Не знаю. Я для себя формировала план мероприятий. Если попросят его предоставить, то — пожалуйста.

— Прочел в вашем блоге замечательный пост о митингах. Вы там пишите, что вашему поколению — поколению молодых людей 25 лет, вашему окружению, вашим друзьям — на митинги ходить неинтересно. Если взять «среднего» человека, который все-таки ходит на митинги — ему 30 лет. Получается, ваше поколение все устраивает. Но те, которые всего на пять лет старше, выступают против политики действующей власти. Откуда такая разница? Это ведь всего пять лет.

— Посыл был немного другой. Я считаю, что не в поколениях дело. Я говорю о том, что 30 или 40 тысяч человек с Болотной площади не могут решать за всю страну. Я немало ездила по стране, я разговаривала с людьми. И большая часть населения выступает за сохранение стабильности и за продолжение этого пути. Эти люди понимают, что продолжение курса ведет к конкретным целям. И к этим крикам они относятся спокойно. Мы слышим «несогласных», а «согласные» молчат. Потому что зачем кричать, если все хорошо? Я лично понимаю, какой будет наша страна через20-30-40лет при этом курсе. И я понимаю, что в этой стране я хочу жить. Если другие молчат, это не значит, что им плевать. Они просто не обращают внимания на эти 30 тысяч человек с Болотной.

— А если бы эти 30 тысяч смогли бы выдвинуть 30 человек с явным лидером и изложили бы свою альтернативную программу развития страны... Или же вот этот курс, который вы определили для себя — единственно верный?

— Я всегда присматриваюсь ко всем вариантам развития событий. И обычно стараюсь выбрать наиболее актуальный. Но поскольку я вижу, что никакой альтернативы не предложено... Тот курс, который есть сейчас — я понимаю все его плюсы и минусы. И я понимаю, что он оптимален для нашей страны. Если кто-то сможет предложить лучше, то почему нет.

Фото Александра Паниотова

Рекомендуем почитать