Ну, что — Канский международный фестиваль благополучно закончился, уже даже прошла пара дней, необходимых для постфестивальной декомпрессии. Пора переходить к нормальной будничной жизни, но сначала — разберёмся с остатками фестивальной истории.
Вообще, наверное, важно сказать вот что — в этом году у меня лично не случилось ни одного фильма в конкурсе, который бы разговаривал лично со мной. Раньше такой фильм был хотя бы один — а в этот раз как-то не сложилось; хотя фильмов хороших и прекрасных было огромное количество. Была замечательная австрийская работа хрупкой девушки с прекрасным именем Каро Эстрада под названием «Машинопись» — там она с помощью stop-motion анимации знаков, оставляемых на бумаге печатной машинкой, умудрилась рассказать внятную и четкую антивоенную историю. Был интересный фильм «Стулья-убийцы» из Финляндии — там очень славным способом довольно жуткие реальные вещи передавались через абсолютно минималистичные образы. Давний друг фестиваля Фабрис Марука из Франции (несколько лет назад занял второе место со своим фильмом «Сюрприз» и потом приезжал в качестве члена жюри) прислал очень смешной новый фильм «Скоро на экранах» — там жизнь семейной пары была очень смешно представлена последовательностью трейлеров к фильмам в разных жанрах; правда, когда он в конце принялся придумывать для этой последовательности объединяющий сюжет, стало уже не так интересно.
Ещё было неплохое «Ретрознание», такая семейно-детективная история, собранная из анимированных фотографий (на этот процесс ушло аж восемь лет) и текстов из старых радио-шоу 40-50-х годов, ужасно трогательное кино «Соло, пианино, Нью-Йорк», сделанное из фотографий людей, которые играли на брошенном на улице старом пианино (там даже за 5 минут экранного времени успела образоваться небольшая симпатичная драма), симпатичная индийская зарисовка «Принц» про отмирающее искусство рукодельной росписи по бомбейским такси, и славный французский видео-арт «Глюкоза», в котором исследовался вопрос преодоления границ среды.
А больше всего из конкурса мне понравилось два фильма. Первый — это русское получасовое полотно Антона Бильжо «Сказание о нас с Евгенией», такое слегка ехидное, но в то же время очень грустное размышление о любви и разности полов. У Антона — очень тонкое и своеобразное чувство комического; его фильм разворачивается в придуманном мире, который одновременно слегка отморожен, в таком немножко каурисмяковском духе, и в то же время пронизан отчетливым волшебством, которое поразительным образом уживается со слегка угрюмой будничностью. То есть, когда этот человек снимет своё первое полнометражное кино, я буду очень-очень хотеть его посмотреть — должно выйти что-то особенное. А второй фильм — это анимационная штуковина ньюйоркца Дастина Греллы «Анимационная горячая линия», остроумная маленькая вещь, примечательная даже не столько своим исполнением, сколько историей появления. Дастин поставил автоответчик, на который просил звонить всех желающих и рассказывать свои маленькие истории о чём угодно — а он потом из них делал анимационные зарисовки. В показанный на фестивале фильм вошло около дюжины таких мини-историй, но на самом деле у Дастина их скопилось уже больше двухсот, и проект продолжает работать — линию пока не отключили. Получается такая довольно поразительная спайка жизни и искусства — реальные людские истории очень разные, но все очень живые, эмоциональные. Плюс, опять же, видно, что вдохновение — такая удивительная штука, что запустить её может всё, что угодно, любая мелочь; один из крохотных сегментов, вошедших в фильм, посвящен бабушке в разноцветных носках, которая просто ехала в автобусе. Кстати, в проекте ещё можно поучаствовать — там в конце фильма появляется номер телефона, на который можно позвонить, а ещё есть «Скайп», пользователь «Animation Hotline», можно добавлять и слать сообщения. Поможем автору!
Princesses from Dustin Grella on Vimeo.