Дмитрий Медведев раскритиковал деятельность Российской сельскохозяйственной академии. Как известно, в России несколько академий. Традиционно Российская академия наук считается флагманом научной деятельности. Малые академии — сельскохозяйственная и медицинская — как две младшие сестры, подпирают ее с двух сторон.
Я плохо знаком с уровнем науки в сельхозакадемии, но, подозреваю, что в критике президента есть доля правды. Дело даже не в том, что сельхозники занимаются фундаментальными исследованиями вместо прикладных. Собственно говоря, они и должны заниматься фундаментальными исследованиями. Просто современные фундаментальные исследования в области сельского хозяйства имеют настолько прямые и понятные приложения, что грех там не копаться. Буквально вчера в журнале Nature вышел специальный раздел, посвященный проблемам продовольствия и современным исследованиям в этой области.
Начать стоит с того, что мир до сих пор голодает. Почти миллиард человек во всем мире страдают от недоедания. Рост населения во всем мире замедлился, земель, пригодных для сельского хозяйства, еще достаточно. В чем же причина голода? Не будем углубляться в политические или экономические дебри — хотя вопрос, безусловно, не имеет простых ответов.
Посмотрим, что предлагают ученые для решения продовольственных вопросов. Во всем мире на финансирование исследований в области сельского хозяйства выделяется примерно 5% от общих трат на исследования и разработки. Что интересно, если в бедных странах эти исследования, в основном, финансирует государство, то в богатых странах доля расходов частного бизнеса зачастую превышает государственные траты.
Причина этого понятна. Сельское хозяйство — один из самых выгодных бизнесов, и вложения в него могут окупиться многократно. А потенциальные возможности с развитием современных технологий огромны.
Так, к примеру, американская компания Монсанто (Monsanto) инвестирует в исследования и разработки, связанные с выведением новых сортов растений, в год больше одного миллиарда долларов США. Конечно же, речь не идет о традиционной работе селекционеров. На повестке дня генетические модификации. Причем, сегодня наблюдается четкая смена приоритетов. В 90-е годы биотехнологические компании были заняты выведением сортов, устойчивых к гербицидам и пестицидам. То есть, с очевидностью подразумевалось, что поля будут обильно посыпаться химией, и растения должны это выстоять. На сегодня приоритеты другие — ученые заняты выведением сортов, устойчивых к засухам и недостатку питательных элементов.
Законов сохранения природы никто нарушить не сможет, и без воды и необходимых минеральных элементов растение вырастить невозможно. Но можно повысить эффективность утилизации и того, и другого. В природе огромное количество примеров того, как растения сами справляются с недостатком воды или других веществ. Развитая корневая система. Симбиотические бактерии, которые могут добыть необходимые минералы из воздуха (все сразу вспоминают школьный курс биологии и горох). Если использовать эти готовые наработки природы и внедрить их в растения, то можно получить рост урожайности при тех же площадях посевных и используемых ресурсах.
Одно из перспективных направлений — создание сортов с развитой корневой системой (эффективное извлечение воды из почвы) и симбиотическими бактериями, способными добывать азот из воздуха. Такая пшеница-мутант может стать причиной очередной зеленой революции. Ученые обещают, что в ближайшие 20 лет урожайность многих сортов используемых человеком культур повысится вдвое.
Правда, конкретному фермеру или хозяйству для того, чтобы повысить эту урожайность, придется купить семена у американской или европейской компании. Но, справедливости ради, стоит помнить, что, как я упомянул выше, эти компании ведут разработки на свои собственные деньги. Они понимают, что, вложив относительно небольшие деньги сейчас, можно получить баснословные прибыли в будущем. А что же Россия? Бюджет всей Академии сельскохозяйственных наук в несколько раз меньше затрат любого биотехнологического гиганта. А крупный российский бизнес пока не торопится создавать собственные институты и думать о продовольственной безопасности страны. С одной стороны все понятно — нефть продадим, хлеб купим. А с другой, за что же тогда Медведев ругает академиков-селекционеров?