>
>
>
Канск-2014: мы открылись

Канск-2014: мы открылись

25.08.2014
0

Всем привет с международного Канского видеофестиваля, где наконец-то появилась минутка сесть и написать обо всём происходящем. Если коротко — здесь, ребята, хорошо.

Фестиваль в этом году проходит в тринадцатый раз, и проклятое несчастливое число даёт о себе знать — мало того, что подготовка шла в этом году чрезвычайно трудно, так ещё и в Канске по вечерам внезапно лютуют комары; уши мне обгрызли в самый первый день, буквально за какие-то минут 15. В остальном всё проходит в более-менее штатном режиме — ну, разве что французская делегация, традиционно батрачащая уже третий или четвертый год в заброшенном аэропорту, в субботу вечером ушла искать мифическое кафе «Восточный дворик», в котором предположительно заседала большая часть международного жюри, заблудилась в вечернем Канске, много ругалась русским матом в телефон (той виртуозности, с которой пользуется русской обсценной лексикой руководитель группы Бертран Госселин, позавидует и самый продвинутый местный матерщинник) и очень устала. Впрочем, международного скандала, ха-ха, удалось избежать — во всём остальном полёт у нас здесь более-менее нормальный.

Открытие в субботу прошло хорошо — началось всё с отличной фри-джазовой импровизации пианиста Владимира Миллера и саксофониста Эдуарда Сивкова (который вчера вечером несколько угрожающе пообещал мне рассказать обо ВСЁМ, что происходит с русской музыкой — жду с нетерпением и одновременно некоторой тревожностью; выдержит ли разум столь всеобъемлющее знание?) под фильм Всеволода Пудовкина «Мать». Удивительное всё-таки дело — фильму 88 лет, а он в некоторых местах смотрится абсолютно современным, и даже авангардным. Мне, правда, в связи с моей с некоторых пор постоянной обязанностью штатного фестивального переводчика на английский пришлось смотреть из-за кулис, но даже так пробирало достаточно сильно — а зал, судя по аплодисментам в финале, накрыло по полной.

Потом, после церемонии открытия, показывали «Монти Пайтон живьём (почти)», видеоверсию живого выступления воссоединившийся телевизионной комик-труппы в Лондоне. С ним странная штука — когда показывают старые записи в формате видео, всё по-прежнему отлично, а в формате театра на сцене далеко не все скетчи выстреливают так же точечно и здорово, как было раньше. Хотя, конечно, несколько настороженное восприятие фестивальной публикой происходящего на экране было замечательным — думаю, «питоны» и сами были бы в восторге от того, что и сорок пять лет спустя их юмор может кого-то озадачивать, смущать и нервировать.

В воскресенье был очень хороший документальный фильм «Тимур Новиков. Ноль-объект» про питерского художника, который очень красиво прошёл сквозь советскую и пост-советскую действительность с конца 70-х по начало нулевых. Он, кстати, если я ничего не путаю, должен идти в Доме кино — полюбопытствуйте, очень интересная штука, особенно в плане изображения быта нашей культурной прослойки позднесоветских времён.

Ну, а потом началась первая часть конкурсной программы. Мы посмотрели семь фильмов — и сразу три из них были такие, что легко было представить их в списке грядущих победителей. Началось всё с канадского видеоарта «Y20» — в нём люди плавали в рапиде в аквариуме. Красиво, но для такой идеи несколько неоправданно растянуто — опять-таки трудно было абстрагироваться от мысли о том, что Крис Каннингем в клипе Portishead «Only You» сделал всё то же самое осмысленнее и красивее уже шестнадцать лет назад. Хотя финал, в котором нам показали, как из аквариума спускают воду, был отличный. Потом был итальянский, кажется, фильм «Хор» (хор из поющих голов в телевизорах, которые периодически переключались на рекламу) с хорошей идеей и абсолютно безумный русский «Unheimat» удивительного человека Михаила Максимова, чьи работы с трудом поддаются описанию. После показа слышал, как две немолодые тётеньки, говоря об этом фильме, сошлись во мнении, что всё дело в грибах — но на самом деле в безумии Михаила имеется пусть и дикий, но всё же чёткий метод. Ну, и эта работа понравилась мне куда больше его прошлогоднего фильма. И ещё был очень смешной клип под названием «MeTube: Август поёт арию „Хабанера“».

Ещё был красивый и медитативный, хотя и не очень понятный фильм «В сердце путешественника», и, наконец, те самые три сильнейшие работы, о которых я говорил выше. Во-первых, это бельгийское кино «Танцевальный клуб», в котором женщины приходят на танцы и ждут мужчин — сделано без единого слова, но очень выразительно и красиво, плюс имеется отличная обманка; первые минут семь ты смотришь и думаешь «Ну, да, смешно, красиво, но как-то очень лаково, как будто клип какой-то», а фильм потом хоп и разворачивается совсем иначе. Во-вторых, это французская история под названием «Современный скейтборд», изумительно снятая псевдо-документалка про юных скейтбордистов во французской сельской провинции, пронизанная неуловимо абсурдным юмором. И в-третьих, очень смешная болгарская короткометражка «Стерео-любовь» — про неё лучше ничего не рассказывать, чтобы не испортить приготовленный ею сюрприз.

А завершился воскресный вечер фильмом Алехандро Ходоровского «Танец реальности» — в нём он в привычно сюрреалистической манере вспоминает о временах своего детства. Мама разговаривает оперным пением, из моря приносит всю рыбу, кругом бегают карлики, калеки и колоритные шлюхи — в общем, обычные для Ходоровского дела, помноженные на несколько истерические взаимоотношения внутри семьи маленького Алехандро. Я ещё на «Святой крови» понял, что мне несколько прямолинейный сюрреализм Ходоровского не очень близок — хотя отмечу, что постоянный микро-сюжет про карлика, который рекламирует на улице лавку папы Алехандро, практически гениальный.

Такие дела. Продолжаем нести вахту и остаёмся на связи. 

С приветом из Канска, ваш Сергей Мезенов

Фестиваль проходит при поддержке фонда Михаила Прохорова

Программа Международного Канского видеофестиваля

Рекомендуем почитать