Возвращение Джона Ву на родину и заодно очередной самый дорогой китайский фильм на свете — без пяти минут пятичасовой (в двух частях) эпос про эпохальную для китайской истории битву. Штука такой силы, что за одну неё хочется сразу, не глядя, отдать все голливудские поделки Ву (ну, ладно — «Без лица», так и быть, оставим).
Вообще, после «Битвы» хочется всех бывших и потенциальных постановщиков духоподъемных патриотических блокбастеров насильно усадить этот фильм смотреть. Бывших — чтобы потом со стыда носки свои съесть, а потенциальных — чтобы держали в голове, что если лучше, или хотя бы так же не получится, нечего даже и браться. Потому что у Ву как там всё устроено — понятно прекрасно, что в половине мест сплошные передергивания, да и в драматическом плане фильм бьёт наотмашь, не церемонясь. Но всё равно всё сделано так, что не пикнешь все пять часов (мы оба фильма подряд смотрели) — Ву уже на 10-й примерно минуте первого фильма выходит на такой градус накала, до которого приличные люди обычно часа полтора миндальничают и чаи гоняют. Там у него один герой прорывается сквозь битву с младенцем в перевязи — и одни эти бешеные 10 минут напрочь перекрывают всякие невыполнимые миссии и говорящих с ветром. А у Ву в запасе ещё больше четырех часов примерно такого же.
В международном прокате из двух фильмов слепили один на два с половиной часа примерно. Там, в принципе, видно, что можно повырезать — там целые эпизоды минут по 20 есть, которые будто сами под нож просятся. Но, по мне, настоящий эпос как раз и должен быть дико избыточным — и «Битва» в этом плане идеально смотрится именно в полном объёме. Это как раз тот случай, когда махина получается такой огромной, что ей возражать что бы то ни было по мелочам (по которым возразить есть, что) становится как-то бессмысленно. Куда более правильной реакцией будет просто открыть рот и взирать с немым восхищением. Ну, и Ву этими ненужными вроде бы мелочами очень уверенно пользуется, чтобы зрителя в нужный момент добить. Там у него есть такие моменты — как Первый министр учит наложницу чай подавать, или неожиданная дружба принцессы, пробравшейся в стан врага под видом одного из солдат, с туповатым, но добродушным пареньком из солдат — которые работают бомбочками замедленного действия. Вот в один момент эта ситуация вроде бы проходная, никчемная, ненужная, а потом она вдруг так разворачивается, что аж дух вышибает на ровном месте. Там даже стилистические красивости очень уместно используются — например, в конце первого фильма Ву отправляет в долгий полёт нарисованного голубя, и ты уже думаешь «Ну всё, капец, старик опять за своё». А потом начинается второй, и хоп! — голубь, оказывается, совсем не просто так летел, а с целью.
Там ещё вот какой важный, как мне показалось, момент теряется, если два фильма механически в один сплюснуть. В первой части у Ву на стороне «наших» бьются в основном такие былинные богатыри, которые каждый человек по 15 за раз раскидывают (в буквальном смысле; думаю, вы представляете, как такое в исполнении Ву может выглядеть). А во второй они все отходят на второй план и главные вопросы решают стратеги, дипломаты и прочие парни с мозгами в голове. Они сами, в случае чего, тоже могут мечом помахать вполне, но тут Ву красиво фокус смещает — показывает, как со временем битвы побеждаются не чистой силой, пусть и невероятной, но в первую очередь интеллектом.
Впрочем, это так, размышления по ходу дела — суть «Битвы» в том, как красивые люди красиво сражаются. И в этом плане «Битва» не то, что доставляет — она сметает просто. Я на ней отчетливо понял, зачем люди всяких «Властелинов колец» смотрят — вот для этого самого. Просто лично со мной Джексон этого не делает — а Ву делает. Ещё как.
С.М.
